понедельник, 22 сентября 2008 г.

14 Трагедия советской деревни Коллективизация и раскулачивание Том 5.1

№ 303
Кассационная жалоба К.В.Румянцева
Не позднее 14 сентября 1937 г.
В Специальную коллегию Верховного Суда РСФСР г. Москва
От осужденного Румянцева Константина Васильевича, содержащегося под стражей при Смоленской тюрьме
Кассационная жалоба
3 — 5 сентября 1937 г. выездная сессия Специальной коллегии Западного областного суда в с. Андреевском Западной обл. по ст. 58 пп. 7, 10 ч. I и II приговорила меня к расстрелу.
Граждане судьи. Я умоляю Вас проверить мою деятельность только на месте, раз поговорить со мной через своего представителя и Вы убедитесь, что я не виноват для такого убийственно тяжелого наказания. Я и сейчас еще, когда надо мной разразилась такая катастрофа, не верю, что это со мной на самом деле. Неужели мой 13-летний период работы, в течение которого я на дело социалистического строительства отдавал все свои силы и здоровье — кончился таким ужасным финалом.
Этот приговор я считаю совершенно незаслуженным по следующим причинам:
1. Судом нарушена ст. 235 УПК, так как обвинительное заключение мне
было вручено в ночь с 1 на 2 сентября, т.е. фактически за один день до начала
суда и таким образом [я] был лишен возможности спокойно продумать предъ
явленное мне обвинение, чтобы доказать те или иные обстоятельства дела.
2. Следственными органами допущено нарушение ст. 206 УПК, выразив
шееся в том, что, объявив мне об окончании следствия, не дали ознакомиться
с материалами дела, о которых и при том самых существенных, я впервые ус
лышал на судебном заседании, о чем я неоднократно заявлял суду, и все мои
заявления судом во внимание приняты не были.
Если бы я полностью и своевременно был ознакомлен с делом, я потребовал бы производства экспертизы своей деятельности авторитетной и беспристрастной комиссией, так как все лица, участвовавшие в комиссии по проверке моей работы, а равно и свидетели, о материалах, которые я увидел только на суде, являлись сами виновниками преступлений, которые мне инкриминируются, давая заведомо ложную оценку моей деятельности, искажая факты, они там самым завели в заблуждение следственные и судебные органы. Такими лицами являются бывший заведующий райзо Ковалев (арестован по настоящему делу), бывший зам. председателя рика Шумилов (арестован
422

по настоящему делу), бывший секретарь РК ВКП(б) Крашихин (арестован по настоящему делу), председатель рика Переезчиков1*, инспектор облзу Воробьев2* гл. инженер по зем[леустройст]ву, ныне арестованный, Муровлев, зем[леустроите]ль Радченов, старший техник зем[леустроите]ль Куликов и др. Все они своими материалами и показаниями, как на предварительном, так и на судебном следствиях, желая скрыть свои преступления, хотели найти во мне отдушину. Но материалами их обследования, а также показания на предварительном следствии я вовсе не допрашивался и очных ставок ни с кем из них не было. Обо всем этом я, как на первом, так и на втором судебном процессе, я заявлял суду, но это судом во внимание принято не было, не было принято во внимание мое заявление о том, что обследование моих работ в мае месяце главным инженером облзу по землеустройству Муравлевым, инженером облзу — Воробьевым и бухотдела землеустройства Ефре-менковым3*, когда я был еще не арестован и на работе производилось без моего участия, также судом во внимание принято не было. Мои ходатайства суду, как на первом, так и на втором судебном процессе о назначении** экспертизы моей работы, так как обследование производилось явно заинтересованными и причастными лицами, которым я не доверяю, которыми искажены факты, также удовлетворены не были.
Не было удовлетворено судом мое ходатайство о вызове свидетелей — районного торфмейстера Привалова Г.С. и районного мелиоратора Сергеен-кова В.В.; об этом ходатайствовал и при объявлении мне об окончании следствия, а также и на первом и на втором судебном процессе; эти свидетели по роду исполняемой ими работы, будучи независимыми ни от меня, ни от упомянутых выше лиц, могли беспристрастно показать, так как они работали со мной в одной комнате, как моей роли, так и упомянутых выше лиц в инкриминируемом мне преступлении, а также о моих взаимоотношениях как с упомянутыми выше лицами, так и с подсудимыми.
Я заявлял суду, как на первом, так и на втором судебном процессе о том, что я болею «эпилепсией и психо-истеро-неврастенией в тяжелой форме» и что у меня изъяты при личном обыске при аресте начальником РО НКВД врачебные документы; этот вопрос совершенно исследован не был, хотя на первом судебном заседании суд вынес определение истребовать документы (стребовал ли?), но я считаю, что истребовать мало, надо было произвести судебно-медицинское исследование; в этом я вижу нарушение моих прав, предусмотренных ст. 202 УПК 85.
Как на первом, так и на втором судебных процессах я заявлял, что я невиновен в укрупнении колхозов и что главным виновником укрупнения колхозов является бывший секретарь РК ВКП(б) Крашихин, бывший заведующий райзо Ковалев и др. (все они арестованы по второму судебному процессу); они мне приказали в 24 часа на основе целесообразности только по территориальным признакам, дав установку о размере укрупненного колхоза в 50—100 хозяйств, при отсутствии других элементов, да их у меня и не могло быть, составить проект-схему (список с нанесением на карту) укрупнения колхозов для детальной ее разработки и обсуждения в районных директивных организациях, а также в колхозах — это мной и было сделано. Верно это или нет, я не знал; я знал только то, что вопрос этот на то время был одной из главных задач районного руководства во исполнение постановления бюро обкома ВКП(б), и не подчинись я тогда или возрази — меня бы сняли с работы. Я являюсь только техническим исполнителем воли и инициативы политического руководства района. Мне даже председатель рика Дороздов в декабре 1936 г., на мое ему заявление, что надо скорее разрешать вопрос о
423

разукрупнении колхоза «Красный Боевик», а то задерживается землеустройство», заявил: «Не ваше дело». Неужели же я виноват в укрупнении колхозов, когда по этому делу директива обкома ВКП(б) и эту директиву настойчиво проводил в жизнь райком ВКП(б).
Мне ставится в вину, что благодаря укрупнению колхозов были запутаны севообороты в колхозах. И на первом, и на втором судебном процессе я заявлял, что, как оказалось, хотя укрупнение было произведено и неверно, севообороты от этого не запутывались, так как укрупненные] колхозы планы весеннего сева, спущенные райземотделом еще на неукрупненные колхозы, выполнили в рамках севооборота бывших мелких (неукрупненных) колхозов.
Меня обвиняют в том, что после разукрупнения колхозов, проводя землеустройство я совместно с Журавлевым, запутывал землепользования колхозов, производя отрезки лучших земель одних колхозов (кому), нарезая взамен худших, я пытался суду пояснить, что сам не землеустраиваю, что ответственность за землеустройства колхоза несет тот, кто его проводит (главным образом), я же поскольку не в силах сам проверить работу в колхозах, и тот кто его проверяет, моя же ответственность общая-**. А землеустройство в колхозе «Светлый луч» проводил землеустройства Кузыкин, а проверял работу землеустроитель Радченко, все же должен и я заявить, что при установлении границы по колхозу «Светлый луч» ему взамен изъятых у него в порядке 36 га было прирезано ровно столько же и совершенно одинаковых угодий, какие от него изъяты; эту границу проверяло несколько комиссий, несколько раз рассматривали на президиуме рика и каждый раз ее подтверждали, и [я] до первого судебного процесса не знал, что эта граница установлена вредительски. Тоже самое и по другим колхозам. Так, «Большой труд» исполнил землеустроитель Куликов (руководитель Кузьмин проверил дело Радченко, колхоз не спорит. Колхоз «Красная жердь* по соседству с колхозом «Красная поляна» исполнял землеустроитель Журавлян, проверял в натуре инспектор Воробьев, причем обнаруженная ошибка вторичной проверкой послан. [Ошибка] в названии угодий на 9 га своевременно исправлена, колхоз не возражал и не возражает. Колхоз «Днепр» землеустраивал землеустроитель Журавлев, проверял землеустроитель Радченко и т.д. По инструкции НКЗ СССР мы в землеустройстве в порядке уничтожения черезпо-лосицы, вклинивая дальноземелья, вкрапливания и т.д. должны стягивать земли в один массив (где можно) и спрямлять границы; естественно, что при проведении этих работ отдельные колхозы и теряют в качестве ...6* и вызывают отдельные споры, которые всегда рассматриваются на президиуме рика, но нельзя же на заявление одного председателя колхоза и притом заинтересованного без экспертизы обвинять меня, где тут мое вредительство.
Меня обвиняют в том, что благодаря моих вредительских действий планы весеннего сева колхозам спущены нереальные — у одних колхозах5* [земли] не хватало, у других оставались свободные [участки], а планирует посевные задания старший агроном, а не я; поступившие около 35 жалоб от колхозов на планирование сева являются результатом того, что к этому вопросу в районе относились явно преступно; планы сева колхозам доводились три раза, планировали в агрономии подчас только начинающие работники, в планировании не принимали абсолютно никакого участия ни предрайплана (Шумилов7*), ни заведующий райзо (Ковалев); для согласования посевных площадей не вызывались ни представители колхозов, ни сельсоветов. [Жалоба] колхоза «Красная поляна», заслуживающая [внимания] по вине землеустройства, была мною своевременно проверена на месте и обнаруженные неучтенными Журавлевым 9 га были своевременно учтены, помимо этого после я ус-
424

тановил по многим колхозам не учтены агрономией площади посевов многолетних луговых трав, очень грубо учтены планы клеверов и озимых, что скрывало действительное наличие.
Обо всем этом я еще до ареста подробно давал материал в райотдел НКВД. Ясно, что старшему агроному Беляеву и другим выгодно было вину в этом свалить на меня и тем самым скрасить свои преступления. Это суд во внимание не принял.
Меня обвиняют в том, что я как старший зем[отде]ла из 52 землеустро-енных землеустроителем Журавлевым колхозов проверил землеустройство] только по одному колхозу, в целях скрытия его вредительства; верно — я проверил только одно дело Журавлева, так как все работы по звену Журавлева были закреплены для поверки за инструктором облзу Воробьевым, который эту поверку и осуществлял, так как я не имел начальника землеустроительного отряда, который [располагался в районе. Учитывая большой объем землеустроительных работ, я имел право на проверку работ землеустроителей переключать более опытных землеустроителей и инспектор облзу Воробьев, учитывая это, взял себе звено землеустроителя Журавлева. Справиться же с работой и старшего зем[леустроите]ля и начальника земотряда, который по положению полностью отвечает за работу землей и не мог5*. Мои заявления и пояснения об этом судом приняты не были.
Меня обвиняют в том, что в 1936 г. я сорвал вручение государственных актов, но этот факт является недоказанным. В действительности землеустройство в связи с подготовкой колхозов к выдаче им государственных актов было проведено в 124 колхозах вместо 1110 по плану, все эти проекты зем[леустройст]ва рассмотрены и утверждены райисполкомом. Государственных актов на 1 января 1937 г. было полностью изготовлено 109 все от председателей риков, Запрайзо и мною, т.е. готовы к вручению. Оставалось провести только политическую часть вручения государственного акта, а это возлагалось на членов президиума райисполкома, в частности бывшего предрика Переезчикова, нынешнего председателя рика Дроздова, секретаря РК ВКП(б) Крашихина, заведующего райзо Ковалева и зам. председателя рика Шумилова и др. Неоднократно я обращался к ним с просьбой закончить эту работу, но они упорно отказывались от этого, заявляя: «ты со своими госактами». Дело доходило до того, что уже полученные ими для вручения колхозам госакты возвращались обратно; как выяснилось на суде даже у отдельных членов президиума рика (Ковалева, Дроздова и Шумилова) уже после моего ареста госакты были возвращены на квартирах и в кабинетах. Я бегал за членами рика, упрашивая их вручать колхозам, так как последние этого требовали (начальник Ром Осипенко, народный судья Козлов и т.д.). Мои заявления на суде, что госакты мною изготовлены своевременно — приняты не были. Не могу же я нести ответственность за работу других, да это слишком несправедливо.
Я виноват только в том, что когда уже были изготовлены все 100 государственных акта, подписаны председателем рика и заведующим райзо и мною, но вручено было только около 60, я совместно с заведующим райзо Ковалевым, инспектором облзу Воробьевым подписали в облзу сводку о том, что вручены все госакты; по этому вопросу инспектор облзу Воробьев настойчиво доказывал, что раз землеустройство кончено, риком утвержден проект и государственный акт изготовлен, роль землеустройства закончена, дело за вручением членами президиума рика. Такую установку, он говорил им в облзу, дал инспектор НКЗ Союза ССР Алкименок. Я виноват в этом.
425

Неверен также факт подстрекательства мною [председателя колхоза] «Красный Боевик» Щербакова написать на имя председателя ЦИКа СССР Калинина письмо клеветнического содержания, будто бы я советовал ему, Щербакову, если у него нет средств заплатить за землеустройство, с просьбой выслать в колхоз денег, потому что с/х продукты дешевле и потому в колхозе нет денег. Не мог я этого сказать, так как в массе сотрудников и посетителей, которые у меня постоянно бывают в комнате; это является злостной клеветой свидетеля Абрамова, навязанной им Щербакову за то, что я настоял перед заведующим райзо снять его, Абрамова, с должности бухгалтера райзо, как беспробудного пьяницу; он неоднократно мне грозил это припомнить. Об этом меня на предварительном следствии не допрашивали вовсе.
Существование контрреволюционной группы подтверждается неким Смирновым, которого я не знаю и который вряд ли меня знает; на судебном заседании, как первом, так и втором его не было, его показаний до суда я не слышал и на предварительном следствии меня по этому доводу не допрашивали. Показания же одного Смирнова, который меня не знает и так как без очной ставки я считаю недостаточным для того, чтобы подтвердить мою принадлежность к группе или ее существование. О своих отношениях с другими [подследственными] я неоднократно заявлял суду. Они следующие: с Журавлевым я знаком только полтора года, со времени его начала работы в землеустройстве, причем отношения у меня с ним были только терпимые; с Кольцовым, хотя мы последний год и жили в одном доме, но наши конфликты с ним были предметом неоднократных рассмотрений и в райзо и в МК Союза, что вынужден был подтвердить и свидетель Беляев. Нетактичное поведение Кольцова на дому, где я был ответственным, я неоднократно заявлял в Президиум рика РО милиции, причем последняя его раза два за это штрафовала. Я настаивал на том, чтобы Кольцова перевели на участок или дали ему или мне другую квартиру; с Сергеевым, Мясоедовым и Алексеевым8* отношения у меня слишком отдаленные, они это могли бы подтвердить, если бы их вызвали свидетелями. Привалов и Сергеенков это почти подтвердили, свидетели Шевченко, Радченко, Беляев, Голосова и другие; я приехал в с. Андреевское в апреле 1935 г. и за два года работы я не мог с ними сойтись как со знакомыми даже; круг моих знакомых была молодежь — знают все. Все это я неоднократно заявлял суду, но ни на первом судебном процессе, ни на втором это исследовано не было.
Я неоднократно заявлял суду о том, что я закапывался в работе, что при таком большом объеме работ, которыми я руководил в районе, там более как вновь организованном, функции старшего землеустроителя райзо и начальника земотряда отдела Землеустройства облзу которого мне обещали десятки раз прислать для руководства землеустроительными, я не мог. Я неоднократно заявлял суду и это могут подтвердить все землеустроители, что никто в районе не помогал землеустройству, за два года нигде не ставился о землеустройстве вопрос, как бы я не добивался, в то время, когда вопросами животноводства, агрономии и др. занимались все; это горькая истина. Все до самого почти моего ареста одобряли мою работу; неужели не могли бы видеть моего вредительства, если бы оно было.
В первой части приговора значится, что я происхожу из крестьян-кулаков; впервые за всю свою 31-летнюю жизнь я услышал, что я происхожу из крестьян-кулаков; что абсолютно неверно, так мои родные никогда наемного труда не применяли, хозяйство индивидуальным налогом и твердыми заданиями никогда не облагалось, прав голоса никто в семье не лишался; хозяйство в 1930 г. вступило в колхоз. В комсомоле с 1926 г. и, граждане судьи, я не виноват и страшно подумать, что ужасно тяжелый приговор***- Я убедительно прошу
426

спецколлегию Верховного Суда РСФСР приговор спецколлегии Зап. облсуда отменить, дело передать на совершенно новое рассмотрение и расследование, с производством полной экспертизы моей работы.
Румянцев.
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 84—88об. Подлинник. Машинописный текст с авторской правкой.
1* Фамилия исправлена. Первоначально было: Переездов.
2* Фамилия Воробьев вписана над зачеркнутой: Коробов.
3* Фамилия Ефременков вписана над фамилией Вагреленковым.
^* Здесь и далее текст выделенный курсивом вписан в строку от руки.
5* Так в тексте.
6* Далее слово неразборчиво.
7* Фамилия Шумилов вписана над зачеркнутой: Ширинков.
8* Фамилия Алексеевым вписана над зачеркнутой: Смехаевым.
9* Далее текст написан от руки.
№ 304
Кассационная жалоба И.А.Алексеева
Не позднее 14 сентября 1937 г.
В Спецколлегию Верховного Суда РСФСР
Осужденного к высшей мере социальной защиты и содержащегося под стражей в Смоленской тюрьме Алексеева Ивана Алексеевича
Кассационная жалоба
Решением Спецколлегии Западной обл. от 3 — 6 сентября1* с.г. я приговорен к высшей мере социальной защиты — расстрелу по ст. 58 пп. 7, 10 ч. I и 11 УПК якобы за вредительство, в с/х контрреволюционной агитации и участие в контрреволюционной группе.
Приговор этот я считаю неправильным и подлежащим отмене по следующим причинам:
1. Следственными органами нарушены статьи 206 и 235 УПК, т.е. с мате
риалом в деле я ознакомлен не полностью, а по п. 7 вовсе незнаком, а равно2*
обвинительное заключение мне вручено за одни сутки до слушания дела 2 сен
тября с.г. в 2 часа ночи.
2. Я, Алексеев, по п. 7 ст. 58 УПК вовсе не допрошен и ни на предвари
тельном следствии, ни на судебном процессе. Не имею абсолютно никакого
представления, в чем выражается мое вредительство. В судебном деле также
нет никакого материала, характеризующих последнее. Свидетелей по этому
делу и даже в ложном не была3*. Следовательно, суд эту вину возложил на
меня напрасно.
3. По моему делу в суд вызывался один лишь свидетель гр. Смирнов, воз
будивший против меня дело, последний в суд не явился и дело слушалось без
него, на основании его голословных, ложных показаний. Свидетель этот —
полицейский, судимый по 58 ст. УК в 1929 г., спровоцировал на меня лож
ный донес органам У ГО.
4. Свидетель Смирнов в своем заявлении дал все неверные сведения, из
них ярко характеризуются и легко опровергаются другими моими свидетеля
ми следующие: а) якобы я сын торговца, причем справка говорит совсем дру
гое; б) принадлежность мою к группе, этот факт не подтвержден ни одним из
свидетелей, прошедших через суд; в) мой выезд в сельсовет Сельцовский и
427

Лесовак, в коих я от роду не был. Единственно я был в одном из сельсоветов района в феврале 1937 г. (в коих) по обмену займов, в котором никакой контрреволюционной агитации не вел. Все это могли бы подтвердить выставленные мной свидетели, но суд в заседание не вызвал и вообще в вызове моих свидетелей мне отказал, что считаю пристрастием к обвинению меня.
5. Суд, согласно заявления Смирнова, принял во внимание показание
Смирнова, что я вербовал его в контрреволюционную группу и с этой целью
дважды звал к Мясоедову. Гнусная ложь Смирнова, ибо я никогда не был у
Мясоедова и никакой абсолютно связи с Мясоедовым не имел, о чем опра
шивались ряд свидетелей, и никто из них связь не подтвердил.
6. В приговоре суда отражено то обстоятельство, что я вел агитацию за
проведение чуждых людей в советы, также никем не подтверждено за исклю
чением лживого заявления опять Смирнова, и этот факт я считаю грубейшим
упущением суда. Равносильным обвинением считаю также распространенные
клеветнические слухи против колхозников.
7. Что касается процесса следствия, то таковое по моему делу велось со
вершенно субъективно, что можно судить по материалу в деле. Никаких хо
датайств о допросе свидетелей, присутствия при очной ставке прокурора не
принималось, из чего можно судить, что следствие велось вопреки существу
ющим законам.
8. Наше дело слушалось два раза, т.е. 24 — 26 августа с.г. и 3 — 6 сентября
с.г. На первом из них, сог[ласно] обвинительному] закл[ючению] прив
лекался] по п. 10, 11 ст. 58 УК, Суд вынес определение за неявкой свиде
телей дело отложить. Во втором же обвинительном заключении были также
мотивы обвинения, но был почему-то добавлен п. 7 и суд слушался без сви
детеля. Причем доследования по 6 — 7 п. никакого не было. Из всего сказан
ного вытекает о пристрастии Коллегии суда — 2 процесса по отношению ко
мне в сторону незаконного обвинения.
Свидетель Смирнов указывает на то обстоятельство, что я имею связь с Москвой через летчика Шигина и имел с ним разговор контрреволюционного характера. Этого летчика я вовсе не знаю, ни разу его не видал и связи с ним никакой не имел. Эти лживые показания он дал потому, что летчика Шигина Смирнов отлично знает, и сам имел с ним свидание в марте с.г., о чем заявляет суду обвиняемый Журавлев. Суд этого обстоятельства во внимание не принял, не вызвал Шигина и очевидцев свидания Смирнова с Ши-гиным.
10. При окончании следствия как в первый, так и во второй раз, я просил вызвать в суд свидетелей: начальника Волочковской почты Шипу ля, заведующего Андреевской аптекой Селезнева, учительницу Сафоновской школы Смирнову, летчика Шигина, председателя Сельцовского сельсовета Кольцова и др., которые бы опровергли свидетеля Смирнова. Суд этого ходатайства не принял, и дело разобрал без свидетелей, как со стороны обвинения, а так и оправдывания, чем нарушил ст. 111-112 УПК.
На основании изложенного прошу суд данный приговор отменить как незаконный.
Осужденный Алексеев И.А.
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 107-108. Подлинник.
!* Дата указана ошибочно. Правильно: 3—5 сентября.
2* Здесь и далее в документе текст, выделенный курсивом, вписан в строку ка-
рандашом.
3* Так в тексте.
428

№305
Кассационная жалоба В.С.Сергеева
Не позднее 14 сентября 1937 г.
1. Следствием нарушена ст. 206 УПК, выразившееся в том, что, объявив
мне об окончании следствия не ознакомили совершенно с материалами следст
вия, а зачитали лишь мои .показания, заявив, что других материалов, касаю
щихся меня, в деле нет.
2. Судом нарушена ст. 235 УПК, так как обвинительное заключение мне
вручено за одни сутки до суда, и поэтому я не смог достаточно ознакомиться
с материалами обвинения.
3. Вторым (3 — 5 сентября) судом нарушена ст. 111-112 УПК, так как не
вызваны свидетели по моему делу: техник райзо Иванов, бывший председа
тель колхоза «Красный Пахарь» Петров и не был затребован акт из райзо, оп
ровергавший, как и свидетели мою виновность в строительстве конюшни в
колхозе «Красный Пахарь».
4. Обвинение в срыве строительства конюшни в колхозе «Красный па
харь» я категорически отрицаю, так как на место выезжал техник^*. Райзо по
строительству скотных дворов Иванов, запретивший возводить постройку, как не
выдержавшую пожарного интервала. Интервал был 40 м вместо требуемых 200 м.
Это Иванов подтвердил на первом суде 24—26 августа. Строительство в этом
колхозе было начато без договора, без всякого ведома Стройконторы райзо.
5. Судом предъявлено мне обвинение в распространении клеветнических
настроений на Советскую власть переданных мною Выютнову Дм. Никитичу
о посылке эскадры на выручку парохода «Комсомол». Эти слова я действи
тельно передал ему, как члену партии ВКП(б), не зная, что они контрреволю
ционные и принял их за истину, так как услышал от осужденного по настоя
щему же делу Журавлева В.А. Об их контр-револ[юционности] я узнал толь
ко на допросе у следователя.
6. Показание свидетеля Дмитриева о том, что я в 1927 г. говорил ему о не
возможности построения социализма в одной стране, я категорически отри
цаю, да этого не могло быть в виду моей политической неграмотности.
7. Все показания свидетеля Лотова основаны исключительно на личных
счетах, что было выявлено на первом судебном процессе.
К защитнику просьба ознакомиться с подлинником кассации, так как там указано полнее.
Осужденный Сергеев Василий Сергеевич
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 92. Копия.
** Здесь и далее в документе текст, выделенный курсивом, вписан карандашом.
№306
Кассационная жалоба И.Г.Кольцова
Не позднее 14 сентября 1937 г.
В спецколлегию Верховного Суда РСФСР
От осужденного Кольцова Ильи Григорьевича, содержащегося под стражей
при Смоленской тюрьме,
Кассационная жалоба
3 — 5 сентября Выездная спецколлегия Западного областного суда в с. Андреевском Западной обл. в силу статьи 58 пп. 7-10 и И УК приговорил к расстрелу.
429

С приговором суда я не согласен по следующим обстоятельствам:
1. Следственные органы нарушили ст. 206 УПК. Это нарушение выража
ется в том, что, объявив мне об окончании следствия, с материалами следст
вия не дали познакомиться, а в деле отсутствовали такие важные документы,
как кормовые балансы и отчетность из облзу и районной племенной книги на
1 января 1937 г. Андреевского райзо. Эти важные документы сразу опровер
гают обвинение кормового баланса и о невыполнении мною плана. Записи в
РПК также не обсудил, несмотря на мои заявления.
2. По делу не вызваны свидетели: Коптев — заведующий МТФ колхоза
«Ударник», Пахомову — счетовода колхоза «Большевик» Боловского сельсо
вета и Котлярова — зоотехника райзо. Эти свидетели также доказали бы мою
невиновность.
3. Меня обвиняют, что мной составлены кормовые балансы с указанием
излишка корма. По показанию свидетеля старшего зоотехника Андреевского
райзо Шевченко в колхозах Болшевского сельсовета. По показанию комиссии
по обследованию моих дел по колхозам Починковского сельсовета. По пока
занию свидетеля старшего агронома Беляева по колхозам Красное Коробаново
Соловецкого сельсовета и Ново-Торново Дульцевского сельсовета. Все эти
колхозы находятся в разных сторонах района, на большом расстоянии и во
всех этих колхозах я не составлял кормовые балансы, следовательно, все сви
детели говорили явную ложь, что могли б подтвердить всякий из членов прав
ления этих колхозов, а главное, сами кормовые балансы, так как там имеется
роспись, кто составлял кормовой баланс. Мною же составлялись кормовые ба
лансы по Ильишенскому сельсовету. Одновременно был старшим по Сеньчу-
ковскому и Болшевскому сельсоветам. В колхозах «Большевик» и «Ударник»
и Болшевского сельсовета составлял участковый зоотехник Мишальчиков.
Мною проверялись эти балансы, и в них указан недостаток сена — в «Удар
нике» 700 ц, в «Большевике» — 400 ц, что и получилось при реализации
этого корма, соломы же оказалось меньше, чем указано в кормовом балансе.
Это получилось потому, что составление кормового баланса происходило в то
время, когда все культуры были в поле, а учет соломы и мякины производил
ся по нормам, данным райзо, в результате чего получился урожай значитель
но ниже и из-за бесхозяйственности, а в колхозе около 40 га пошло под зиму
и совершенно никакого не снято урожая.
Срок составления кормового баланса был дан 7 дней, в который я по своим сельсоветам и уложился. Кроме того, мне известно, что по этим сельсоветам падежа скота почти не было, и считался самым благополучным участком в смысле падежа скота, лишь были единственные случаи продажи крупного рогатого скота по разрешению райзо. Все эти обстоятельства вполне можно бы удостоверить свидетельскими показаниями и соответствующими документами. Показания же говорят совершенно обратное.
Свидетелем Шевченко было указано, что я составлял районный кормовой баланс с указанием также излишка корма. Эти показания также ложны по следующим обстоятельствам: я числился младшим зоотехником по райзо, и доверить составлять районный кормовой баланс мне никто не имел права, и если б я составил, область не приняла б от меня этого кормового баланса. Кроме того, сам старший зоотехник Шевченко подтвердил, что он видел: написан кормовой баланс, рукой зам. старшего зоотехника Котляровым, следовательно, без контроля также не мог пройти, а что дефицитен наш районный баланс, это знает не только зоотехник, но и почти каждый колхозник. Опровергнуть это показание мог бы требуемый мною подлинник кормового баланса.
Обвинение меня в гибели пчел также нелепо, ложно. Комиссией в акте указано, что по приему пчел был командирован Кольцов (т.е. я). Старший
430

зоотехник Шевченко у следователя Яковлева на очной ставке подтвердил, что за руководство отвечал инструктор пчеловод райзо Андреев.
Я считаю потому, что ни один советский руководитель не мог бы послать по приему пчел ответственным зоотехника по крупному рогатому скоту, а пчеловода-инструктора помощником его. На самом же деле было так: инструктор-пчеловод Андреев был послан днем раньше в Смоленск встречать пчел, с которыми он разъехался, но к приему он вернулся вовремя и всю работу возглавлял Андреев. Мы же с зам. старшего зоотехника Котляровым были посланы в помощь Андрееву для распространения по колхозам хранения подкормка и вообще по тем работам, которые не связаны со специальностью к пчелам. В некоторых отношениях я знаком немного с пчелами, но чтобы определить состояние или болезнь пчел мы, ни тот, ни другой ничего не понимали.
За период раздачи пчел колхозам (это было в течение 3 — 4 дней) гибель пчел не наблюдалась, за исключением некоторых разлетевшихся из-за плохой упаковки. С погибшими пчелами мы приняли от проводников пчел около 40 пакетов, и некоторый процент гибели был в каждой семье. Все эти факты мог бы подтвердить зоотехник Котляров и почти каждый колхозник, который получал от нас пчел.
По обвинению меня по ведению районной племенной книги мне совершенно неясно и по настоящее время, в чем мое преступление. Свидетели1* старший зоотехник Шевченко на очной ставке у следователя заявлено, что мной не выполнен план записи в р[айонной] п[леменной] к[ниге] на 1300 га. Старшим агрономом Беляевым на суде заявлено, что мною утеряны карточки 1300 штук. Комиссией в акте отмечено, что запутано в РПК на 1310 голов и в решении суда указано зарегистрировано 1300 голов.
На первый случай, когда я требовал у следователя отчеты облзу, он мне ответил, что за невыполнение плана мы не судим. Выполнение же плана, который я считал выполненным, зависит от подбора животных с соответствующим стандартом для записи в РПК. Работу по выявлению качеств ведет специально контора Госплемрассадника и выполнение плана зависит от всей системы, кто ведет племенную работу, а также от руководства].
На случай мной дан на первом суде акт о сдаче дел, где указано — сдана картотека в хронологическом порядке, и потеря одной карточки ясно было бы заметна. На запутанность РПК каждая карточка, заготовленная мною для РПК, проверяется старшим зоотехником и подписывается. При проведении приказом просматривается заведующим райзо и также подписывается. При малейших расхождениях от инструкции, записи мои не утверждались приказом.
Далее, если бы могли быть почему-либо пропущены какие-либо ошибки, то и в этом случае от запутанности отхода скота никак не могло быть, и на [этот] случай регистрация выявления качества и учет племенного скота по нашему району особенно строго и четко ведется конторой Госплемрассадника, а в РПК записана незначительная часть из всего племенного скота и к регистрации общего поголовья никакого отношения РПК не имеет.
Все вышеуказанные показания ложны, разноречивы и показывались лицами, по-видимому, действительно занимавшимися вредительством, с целью замести свои следы, уничтожив меня как живого свидетеля.
Мною указывались факты, свидетельствующие о вредительстве следователю и суду, но это не принято во внимание, а также не принято во внимание и то, что бывший заведующий райзо Ковалев, создавший материал, в настоящее время арестован.
431

По обвинению меня по ст. 58 п. 10 ч. I УК никакими показаниями ни на следствии, ни на суде не подтверждено.
Зажиточным хозяйством мое никогда не было.
Осужденный Кольцов Илья Григорьевич. ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 100-102. Копия.

1'Так

в тексте.

№ 307
Кассационная жалоба В.А. Журавлева
Не позднее 14 сентября 1937 г.
Во ВЦИК
От осужденного Журавлева Валентина Александровича, содержащегося под
стражей
Кассационная жалоба
Приговором Выездной Сессии Специальной коллегии Западного областного суда в пос. Андреевское 3 — 5 сентября с.г. я осужден по ст. 58 п. 7, 10, ч. 1 и 11 УКк расстрелу. С приговором Спецколлегии Западного облсуда я не согласен и считаю его неправильным по следующим обстоятельствам:
1. Следственными органами допущено нарушение ст. 206 УПК и 235 ст.,
выразившееся в том, что, объявив мне об окончании следствия, не представи
ли мне права ознакомиться со всем производством по делу, а лишь зачитали
мне мои показания, о чем я в судебном заседании заявлял, но по моему заяв
лению не вынесено конкретного определения.
2. Следствие, как предварительное, так и судебное велось крайне односто
ронне и неполно: на предварительном следствии мне не представили права
дать объяснения по главным пунктам обвинения, не удовлетворили мою про
сьбу об опросе ряда свидетелей, могущих установить истину. Такого же про
тиворечащего основным принципам Советского права и законодательства по
рядка ведения следствия придерживался и суд.
3. До начала предварительного следствия, во время следствия и на судеб
ном заседании я неоднократно заявлял о моих счетах со свидетелем Смирно
вым И.И., и о его попытках спровоцировать меня на антисоветские разговоры
в присутствии ряда свидетелей: однако данный факт, имеющий исключитель
но важное значение в деле, вовсе исследован не был. Тогда как на основании
голословного и лживого доноса этого же Смирнова И.И., бывшего царского
жандарма, построено обвинение в принадлежности моей к право-троцкистской
группировке, в действительности не существовавшей.
4. Обследование моих землеустроительных работ следственными органами
было поручено лицам, виновным в срыве и запутывании землеустройства,
ныне привлеченных к уголовной ответственности, как, например: заведующе
му райзо Ковалеву, зам. председателя рика Шумилову, инженеру облзу Му
равьеву, инспектору Воробьеву и проч. Ясно, что эти лица, пытаясь скрыть
свои преступления, дали заведомо пристрастную оценку моих работ и извра
тили факты. Суд моего заявления по этому обстоятельству во внимание не
принял. Представители же колхозов «Красная Поляна» и «Красное Озеро» и
др., помогшие бы суду установить истину, опрошены не были и на судебное
заседание не вызывались.
5. Абсолютно никакого участия в укрупнении колхозов я не принимал, ни
какими материалами ни предварительного, ни судебного следствия мое учас-
432

тие в этом деле не доказано, а поэтому суд неправильно внес это обстоятельство в состав выдвинутого против меня обвинения.
6. Мне ставится в вину прирезка колхозу «Верхний Днепр» 70 га земель
ных угодий без замены. В первом обвинительном заключении, наоборот, об
виняли по этому же колхозу в отрезке 12 га земли. Но ведь это же сплошной
абсурд. Председатель колхоза Лузурин Н.В. и я ясно и точно объяснили
суду, что эти 70 га угодий находятся в пользовании колхоза с момента его ор
ганизации и представляют собой бывшие церковные и кулацкие земли. Какое
же я имею право не включать в землепользование колхоза, освоенные и за-
пользованные им земли? В чем же здесь моя вина?
7. В колхозе «Красная жердь» по смежеству с колхозом «Красная поляна»
при спрямлении границ был произведен с полного согласия колхозов равнове
ликий обмен земель. При определении площадей обмениваемых угодий была
допущена чисто техническая ошибка, которая при проверке работ в натуре ин
спектором облзу Воробьевым обнаружена не была, и я ее поэтому не мог знать.
Ошибка эта своевременно исправлена моим помощником Козловым Ф.П. и абсо
лютно никакого вреда колхозам не принесла и недовольства колхозников не вы
звала. И эту, пустую исправленную ошибку суд квалифицировал как вреди
тельство. Никакой отрезки 9 га пашни без замены не производилось, замен
произведен с согласия обоих колхозов луговыми и др. угодьями.
При землеустройстве колхоза «Красное озеро» участки земли в количестве 32 га колхоз «Красное озеро» не считал в своем пользовании, так как эти участки находились в пользовании других колхозов и единоличников; за переданный колхозу «Красная звезда» участок в 10 га колхоз «Красное озеро» компенсирован поглощением равноценных земель единоличников. Вопрос этот на месте комиссиями райисполкома обследован, видимо, без участия представителей колхозов, неправильно освещен, сделаны абсурдные выводы, и тем самым суд заведен в заблуждение.
9. Колхозы «Светлый луч», «Вольный труд», «Ракета» — мной не земле-
устраивались, работу исполняли другие землеустроители, за чужие работы я
ответственности нести не могу.
10. Земельный учет я не вел, это не входило в мои обязанности и, следо
вательно, нести ответственность за состояние земельного учета я не могу.
И. Мной землеустроено 52 колхоза, из них 17 принято в натуре, остальные не приняты. На основании Постановления СНК СССР от 7 июля 1935 г.86 и инструкции НКЗ СССР о выдаче колхозам госактов на вечное пользование землей, работы мной исполненные должны быть приняты в натуре инспектурой облзу или лицами на то уполномоченными, и работы должны тщательно проверяться, дабы своевременно исправить все недоделки и ошибки. В чем же моя вина, если облзу и райзо допустили выдачу госактов без проверки дел в натуре и свидетельствования их? Суд столь важного обстоятельства не учел.
12. Предъявленное мне обвинение в контрреволюционной агитации построено на клеветнических измышлениях одиночных свидетелей и, безусловно, может быть опровергнуто опросом свидетелей Семенова, Козлова, Барейшина, в опросе которых мне отказали и следствие и суд.
На основании изложенного прошу ...1* ВЦИК приговор Спецколлегии Западного облсуда отменить.
В.Журавлев.
ГАРФ. Ф. Р-9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 93-96об. Копия.
'* Далее зачеркнуто: «Спецколлегию».
433

М 308
Объяснение по делу обвинения осужденного землеустроителя Андреевского райзо — Журавлева Валентина Александровича от его помощника-практиканта Козлова Федора Павловича
Не позднее 14 сентября 1937 г.
24 — 26 августа 1937 г. в с. Андреевском Андреевского района Западной обл. выездной сессией Западного облсуда был судим за контрреволюционную деятельность выше упомянутый Журавлев В.А.
В предъявленном обвинении указывалось, что будто бы Журавлев В.А. восхвалял врагов народа и буржуазные страны, упрекал правительство за подготовку процесса над правыми в целях недопущения их к выборам в советы и т.п.
Работая с Журавлевым В.А. с 1 мая 1936 г. по 21—22 апреля 1937 г. по землеустройству, я, Козлов Ф.П., ни разу не слышал от него хуления Советской власти и восхваления политики буржуазных стран. Наоборот, он (Журавлев) одобрял политику расправы над врагами народа, просто и ясно истолковывал населению преимущества колхозного строя и проводимые мероприятия партии и правительства.
Далее в обвинении указывается, что будто бы Журавлев В. А. в помещении Отдела землеустройства Андреевского района сообщил с какой-то целью о том, что на помощь Испании СССР послал эскадру в составе 15 кораблей. Я подтверждаю, что он (Журавлев) это говорил, услышав это от раймелиорато-ра т. Сергеенко В.В., который, услышав это по радио, рассказал об этом Журавлеву, после этого через дня два было опровержение ТАСС в газетах.
Таким образом, это обвинение считаю также неправильным, так как сам Журавлев В.А. найдя опровержение ТАСС во всеуслышание объявил его и этим рассеял1* неверные понятия о том, что будто бы мы, т.е. СССР ввязываемся в войну с Италией и др.
Таким образом, видя неправильное решение суда, прошу Вас, как комсомолец, обратить серьезное внимание по делу осужденного Журавлева В.А. по ст. 58 п. 7, 10ч. 1и11к тюремному заключению сроком на 10 лет с поражением в правах, указанных в ст. 31 п. а, б, в и г УК (по первому суду)8'.
К сему Ф.П.Козлов. ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 97-98об. Автограф.
** Слово «рассеял» вписано над зачеркнутым «прекратил».
№ 309
Ходатайство И.А.Алексеева о помиловании
23 сентября 1937 г.
В Президиум ВЦИК - РСФСР Гражданина Алексеева Ивана Алексеевича
Ходатайство о помиловании
Приговором спецколлегии Западного областного суда от 3 — 5 сентября 1937 г. я осужден по ст. 58 п. 7, 10 ч. 1 и 11 ст. УПК к расстрелу. Определением Касколлегии Верхсуда РСФСР приговор оставлен в силе.
Во имя предстоящей годовщины 20-летия Великой Октябрьской революции и первой годовщины Сталинской Конституции, знаменующей победу социализма в нашей стране, я прошу ВЦИК сохранить мне жизнь, причем даю
434

обещание остаток ее посвятить честной работе на благо родины, искупив все свои допущенные ошибки.
Никаких вредительских действий за мной не установлено и в приговоре суда каковые не указаны. В смысле того, что я уличен судом в отношении агитации, вербовки и клеветы на колхозников, то это получилось благодаря уловке бывшего полицейского человека, который воспользовался моей встречей с ним, оклеветал меня. Я его мало знал, и в особенности его прошлое. Других свидетельских показаний и улик в этой области на меня нет. Равносильно я ни в какой контрреволюционной организации не состоял и врагом народа не был. Эти обстоятельства точно также клеветнически подтверждены этим же самым бывшим полицейским Смирновым.
Я, Алексеев, ранее не судим. Участник гражданской войны в течение трех лет. Был в боях против Деникина, Врангеля и банд Махно, благодаря чему утерял здоровье на 50%. До последнего момента состоял на учете командного состава запаса РККА, как ограниченно годный. В самый величайший и ответственный период — в октябрьские дни 1917 г. я был участником свержения Временного правительства, оставался в рядах армии, занимая выборные командные должности (к[омисса]р роты). В белых армиях никогда не был.
Если в приговоре суда указано, что я воспитанник кулака, то это получилось в результате того, что я с трех лет остался круглой сиротой, но по достижении совершеннолетнего возраста я жил самостоятельно. Мои же родители были крестьяне-середняки.
В отношении коллективизации я в 1931 г. был застрельщиком по организации нашего колхоза, вернее из 120 домохозяев мы 8 домохозяев первые вступили с инициативную группу и благодаря этому создан колхоз.
У меня остается семья, состоящая из трех лиц: жены и двоих детей в возрасте 11 — 12 лет, причем жена малограмотная, не в силах будет воспитать последних, благодаря плохого здоровья, и они будут вынуждены остаться круглыми сиротами, как и я.
На основании сказанного еще раз прошу даровать мне жизнь ради моих детей. Я обязуюсь быть честным и добросовестным гражданином Советского Союза.
К сему И.Алексеев.
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 110-ПОоб. Автограф.
№ 310
Жалоба В.С.Сергеева в уголовно-надзорную коллегию
Верховного суда СССР
27 сентября 1937 г. Срочно.
В уголовно-надзорную Коллегию Верховного Суда Союза ССР от Сергеева Василия Сергеевича, осужденного к расстрелу
Жалоба в порядке надзора
Спецколлегией Запоблсуда от 3—5 сентября 1937 г. я осужден по статьям 58-7 п. 10 ч. I УК к высшей мере наказания — расстрелу. Приговор Спецколлегии утвержден Спецколлегией Верхсуда. Приговор Спецколлегии считаю неправильным по следующим основаниям:
1. Обвинение меня во вредительстве заключается в том, что я тормозил строительство скотного двора в колхозе «Красный пахарь» на что затратил бесцельно 400 трудодней.
435

Я работал десятником. Всю работу проводил под руководством техника райзо. Работу по постройке конюшни начал самостоятельно строить колхоз без ведома райзо. Ввиду того, что постройка начата возводится1* между жилых построек и пожарный интервал с одной стороны был 40 м, ас другой 50 м, а по инструкции Наркомзема разрыв должен быть 200 м в связи с этим техник райзо выехал на место и прекратил начатую постройку, предложив перенести на другое место. Техник райзо Иванов на судебном процессе в своих показаниях подтвердили, что действительно он выезжал в колхоз «Красный пахарь» и воспретил начатое строительство конюшни. Таким образом, с моей стороны никакого тормоза в строительстве конюшни не было.
2. В отношении контрреволюционной агитации в части распространения
клеветнических слухов, то я действительно говорил Вьютнову Дмитрию о по
сылке Советским правительством эскадры на выручку потопленного парохода
«Комсомол». Это я передавал подлинные слова Журавлева Валентина, обви
няемого по данного делу, который на суде подтвердил о том, что он действи
тельно мне об этом говорил. Передавая эти слова, я считал за истину и не
знал, что они носят клеветнический характер, а узнал об этом только после
моего ареста от следователя, предъявившего мне обвинение.
3. Ни в какой я группировке никогда не состоял. С подсудимыми Мясое-
довым и Алексеевым я никогда с ними не встречался и никакой связи с ними
не имел. С Румянцевым и Журавлевым по работе связи с ним никакой не
имел, а знал только как сотрудников райзо.
Бытовой связи с ними также у меня не было. С Кольцовым я по работе также связи никакой не имел, но знаком был с ним как с товарищем по соседней деревне.
4. На основании изложенного прошу Верховный Суд Союза ССР истребо
вать в порядке надзора дело для внесения его на предмет отмены приговора и
рассмотрения по существу вопроса по обвинению меня, так как я считаю себя
не виновным во вредительстве.
Одновременно прошу приостановить исполнением приговор до рассмотрения моей жалобы.
Сергеев Василий Сергеевич.
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 112-113. Автограф. '* Так в тексте.
№ 311
Телеграмма председателя Верховного Суда СССР Винокурова
в Смоленский областной суд
28 сентября 1937 г.
Смоленск Предоблсуда
Осужденным Румянцеву Константину Васильевичу, Журавлеву Василию1* Александровичу, Кольцову Илье Григорьевичу, Сергееву Василию Сергеевичу, Мясоедову Борису Владимировичу и Алексееву Ивану Алексеевичу в помиловании отказано. Приговор утвержден, немедленно приведите в исполнение и сообщите.
Предверх Суда Союза Винокуров.
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 71. Копия. Машинопись.
J* Так в тексте. Правильно: Валентину.
436

№ 312
Ходатайство жен Журавлева В.А., Румянцева К.В.,
Кольцова И.Г., Сергеева B.C., Мясоедова Б.В., Алексеева И.А.
о помиловании приговоренных к расстрелу
29 сентября 1937 г. Москва, Кремль, Сталину
Дорогой Иосиф Виссарионович. Умоляем Вас от себя и своих маленьких детей помилуйте наших мужей, помилуйте наших мужей, приговоренных к расстрелу Западной выездной сессией Румянцева Константина, Журавлева Валентина, Кольцова Илью, Мясоедова Бориса, Сергеева Василия, Алексеева Ивана. Все они несудимы раньше, врагами народа они не были и никогда не будут, клянемся вам в этом. На Вас одна надежда. Пощадите и сохраните им жизнь.
Журавлева, Кольцова, Румянцева, за Мясоедову, Сергееву и Алексееву
по доверенности расписалась Журавлева.
П/о Андреевское Западной обл. Мясоедовой ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 115. Телеграфный бланк. Машинопись.
№ 313
Ходатайство Кольцовой Е.Г. о помиловании брата Кольцова И.Г.
Не позднее 1 октября 1937 г.
Дорогой наш Родной Иосиф Виссарионович!
Простите меня за мою великую смелость писать Вам, но горе заставило это сделать. Я являюсь сестрой осужденного к расстрелу Кольцова И.Г. — Западная обл. Андреевского района, колхоз «Труд». Вы заранее знаете, что я Вас буду просить о помиловании. Да буду просить, как единственного человека, который может спасти моего брата.
Мы с братом вместе росли в бедной крестьянской семье. Мы с ним были самые малые, когда отец наш умер мне было 5 лет, а брату 7 лет, кроме этого у матери было еще 5 чел. уже немного побольше нас. Вы поэтому можете судить, какая была у нас бедность, а на суде указано, что социальное происхождение моего брата «из зажиточной крестьянской семьи». Это явная ложь. Мы с братом знаем, как жилось раньше пастухам и нянькам, но Советская власть дала нам образование, он агроном, а я учительница по пению. В мой маленький ум не укладывается, что Советская власть может несправедливо подойти. Сюда приезжала жена его, колхозница, писала Вам, писала т. Калинину, старалась доказать как суд жестоко, несправедливо подошел к осужденному Кольцову и все напрасно, ее не слушают и не слушали на суде Кольцова, который требовал документальных доказательств, но никаких документов на суде не разбирали. Родной наш Иосиф Виссарионович. Прошу Вас приостановить привидение приговора в исполнение и еще раз проверить обстоятельства дела.
Кольцова Е.Г. Москва. Холодильный пер., д. 1/8, кв. 65.
ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 133-134. Автограф.
437

№ 314
Телеграмма председателя Смоленского областного суда Онохина председателю Верховного суда СССР Винокурову о приведении приговора в исполнение
4 октября 1937 г. Председателю Верхсуда Союза Винокурову
Приговор в отношении Румянцева Константина Васильевича, Журавлева Валентина Александровича, Кольцова Ильи Григорьевича, Мясоедова Бориса Владимировича, Сергеева Василия Сергеевича и Алексеева Ивана Алексеевича приведен в исполнение 3 октября °8.
Председатель облсуда Онохин. ГАРФ. Ф. 9474. Оп. 16. Д. 124. Л. 86-87.
№ 315
Телеграмма секретаря Красноярского крайкома ВКП(б) С.М.Соболева
И.В.Сталину, Н.И.Ежову о пожаре на Канском мелькомбинате
27 августа 1937 г.
25 августа произошел пожар на Канском мелькомбинате, сгорело все оборудование. В зернохранилище комбината хранилось 5 тыс. т зерна, 3 тыс. т муки. По неточным подсчетам погибло не менее 30% зерна, муку отстояли полностью. Личной проверкой и проверкой НКВД установлена исключительная засоренность комбината врагами. Предварительное следствие показывает очевидность диверсии. Следствие форсируем, результаты сообщу дополнительно.
Соболев.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 57. Л. 57. Подлинник. Машинописный текст.
№ 316
И.В.Сталин — С.М.Соболеву
27 августа 1937 г.
Поджог мелькомбината, должно быть, организован врагами. Примите все меры к раскрытию поджигателей. Виновных судить ускоренно. Приговор — расстрел. О расстреле опубликовать в местной печати.
Секретарь ЦК Сталин.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп.П. Д. 57. Л. 57. Подлинник. Машинопись. Подпись — автограф И.В.Сталина на шифровке Соболева.
№ 317-321
Из сообщений газет Воронежской области о показательных судебных процессах
30 августа — 6 сентября 1937 г.
438

№317
«Суд над вредителями в Алешковском районе»1*
Воронежской области
30 августа 1937 г.
Алешки, 29. (Спец. корр. «Коммуны»). Вчера допрошено 29 свидетелей. Перед судом выступали колхозники, единоличники, работники сельсовета села 3-й Александровки. Из их показаний видно, до чего довела крестьян этого села шайка бандитов и насильников, предводительствуемых Кочетовым по прямой указке алешковских районных «руководителей».
— Скажу откровенно, — говорит свидетель Л.А.Сапрыкин, счетовод
сельсовета. — Население было буквально терроризировано Кочетовым и его
подручными.
— На Кочетова смотрели, как на зверя, — заявляет суду свидетель-пен
сионер В.Ф.Ненашев. Мне неоднократно приходилось выслушивать жалобы
от населения о незаконных действиях Кочетова. Дети убегали, завидя его на
улице. А сам Кочетов нагло говорил: «где я пройду, там трава десять лет не
вырастет».
Свидетель т. Сапрыкин рассказывает суду: — По нашему селу в прошлом году плохо проходила подписка на заем. Тогда Кочетов придумал такой трюк: стал ходить по хатам под видом «санитарного» осмотра и где находил грязь, там предъявлял хозяину ультиматум: либо покупай облигации займа, либо оштрафую тебя за антисанитарию. И штрафовали.
Понятно, что ни о какой массовой или культурно-просветительной работе в селе не было и речи. Изба-читальня не работала, так как сельсовет злостно не снабжал ее ни топливом, ни керосином и не платил зарплату избачу. Бесчинства Кочетова не имели предела. У гражданина Мочалова по приказу Кочетова была сломана изба, якобы за неуплату налога, Избу пустили на топливо, причем часть топлива забрал себе Кочетов, а стоимость избы даже не зачли в налог, и гражданин по-прежнему оставался недоимщиком.
Свидетельнице Подколзиной Наталье Денисовне 80 лет. Общие чувства негодования возбуждает ее рассказ о том, как Кочетов, явившись к ней, начал ломать сарай, сопровождая это угрозами и бранью. Муж Подколзиной хотел было воспрепятствовать этому дебошу, но Кочетов избил старика, повалил в сани и повез в сельсовет составлять акт. — Муж мой, — рассказывает со слезами в голосе Подколзина, — после этих побоев жаловался на боль в боку. Он похворал две недели и умер.
Однажды вечером Кочетов встретил на дороге гражданина Севрюкова с женой, везших солому, полученную ими в колхозе, где их дочь работает трактористской. Кочетов велел остановиться, стащил обоих с воза и принялся беспричинно их избивать.
О всех подобных издевательствах над населением прекрасно знал бывший председатель рика Семенихин. Он часто бывал в 3-й Александровке, всегда останавливался у Кочетова и по заявлению некоторых свидетелей пьянствовал с ним. Он был свидетелем многих беззаконий Кочетова, но не только не сделал ни разу ему замечания, а, наоборот, поощрял его...2*
Коммуна. 1937. 30 августа.
** Здесь и далее заголовок документа.
2* Далее опущены сведения о других поборах Кочетова.
439

№ 318
«Суд над вредителями в Алешковском районе»
2 сентября 1937 г.
Алешки, 1. (По телефону от спец. корр. «Коммуны»). — Суд допрашивает подсудимого Мямлина В.В., работавшего сначала зам. председателя сельсовета, а потом председателем 2-го Алешковского сельсовета. Мямлин — молодой работник, которого районные руководители всячески старались обучить бандитским приемам Кочетова. И это им удалось. Свою работу в сельсовете Мямлин начал с того, что с первых же дней произвел незаконное изъятие имущества у 63-летней старухи, матери красноармейца, Поповой Н.А., хотя она отнюдь не являлась злостной неплательщицей. Мямлин сознается, что «не разобрался в этом вопросе по неопытности». Проявил себя Мямлин здесь мелким мародером: изъял 3 десятка яиц и эмалированный чайник (чайник присвоил себе)...'
Дальше судом допрашивается бывший прокурор Ставицкий П.А. Нельзя без отвращения слушать, как юлит и изворачивается, путает, лжет, пытаясь замазать свои преступления этот, с позволения сказать, «блюститель» революционной законности. В Алешках Ставицкий был своего рода громоотводом, который охранял районных руководителей — Колыхматова, Семенихина, Белькова и др. Всюду, где только можно и как только можно, Ставицкий старался замазывать уголовные дела, возбуждаемые в жалобах граждан. Он смотрел сквозь пальцы на факты нарушения революционной законности, допускаемые райисполкомом и райфо. Покрывал преступления Кочетова. Он замял дело об избиении двух колхозников колхоза «Образцовый» подсудимым Бельковым.
Свидетели рассказывают о таком возмутительном случае. В селе Алексеев-ке повесился колхозный животновод Федорин. Поговаривали, что причиной самоубийства была травля его со стороны некоторых районных работников. Свидетель Ларин Ф.М. показывает, что накануне самоубийства Федорин ездил на районное совещание, где его сильно «распекли» и угрожали отдать под суд. Ставицкий отнесся к этому делу формально, не расследовал подлинной причины самоубийства. Дело было прекращено.
Далее суд допрашивает обвиняемого Харькова Л.В. Бывший заведующий райзо Харьков признает себя виновным в развале работы земельных органов. — Мы не занимались подбором колхозных кадров, и отсюда частая смена председателей колхозов. Правления ряда колхозов были засорены чуждыми людьми. Допускались изъятия имущества, нарушение колхозной демократии, на которые райземотдел не реагировал. Он признает, что большой падеж скота в ряде колхозов был вызван вредительством. Что же касается массовых фактов незаконных штрафов с колхозников, а также случаев избиения, то Харьков, оказывается... ничего о них не знал.
Председательствующий. Скажите, Харьков, можно ли расценивать цепь всех возмутительных фактов, о которых вы слышали здесь на суде, как обычное упущение?
Харьков. Нет, нельзя. Я сожалею, что по совокупности все эти действия вызывали справедливое возмущение масс.
Председательствующий. Известно ли вам, что одной из задач, которую ставили перед собой троцкистские вредители, было вызвать недовольство трудящихся масс Советской властью?
Харьков. Известно.
Суд выясняет, что Харьков был исключен из партии за троцкистское выступление. Таково политическое лицо этого соучастника вредительских дел Колыхматова и Семенихина.
Перед судом проходит свыше 20 свидетелей, большинство колхозников с/х артели «Путь к социализму», Липяговского сельсовета. Они рассказыва-
440

ют о возмутительном произволе, царившем в этом селе, о незаконных штрафах с колхозников, об избиении колхозников и издевательстве над населением. Виновниками всех этих безобразий была тройка сельских руководителей: бывшие председатель сельсовета Иванов В.И., председатель колхоза Качкин В.И. и парторг Кабанов П.А., находящиеся сейчас на скамье подсудимых. Из колхоза «Путь к социализму» в разное время было исключено правлением 61 хозяйство, т. е. более трети всех входящих в колхоз дворов. Общее собрание колхозников не обсуждало и не утверждало этих исключений. Исключенные жаловались в район — в райземотдел, райком партии. Бывший секретарь райкома Колыхматов пообещал, что примет меры, но так ничего и не сделал...2*
Коммуна. 1937. 2 сентября.
** Далее опущены сведения о других поборах Мямлина.
2* Далее опущены показания свидетелей о других фактах нарушения законности.
№ 319
«Суд над вредителями в Алешковском районе»
2 сентября 1937 г.
Алешки, 1 (По телефону от спец. корр. «Коммуны»). — Вчера на процессе начался допрос обвиняемых Семенихина и Колыхматова. Бывший председатель райисполкома Семенихин сразу занял позицию всяческого замазывания своей линии и преуменьшения своей роли, своей ответственности за те безобразия, беззакония, которые совершались в районе на протяжении ряда лет. Он настаивает на том, что о большинстве фактов превышения власти и нарушениях революционной законности он узнал только здесь, на суде. Он нагло отрицает обвинения, подтвержденные показаниями ряда свидетелей. В частности, отрицает свою связь с Кочетовым и то, что, зная о злоупотреблениях Кочетова, он, Семенихин, все же премировал его за образцовую работу.
Прокурор тут же уличает его во время лжи и оглашает два постановления президиума райисполкома, подписанные самим Семенихиным. Одним постановлением, принятым в августе 1934 г., Кочетов отстраняется от работы председателя 1-го Алешковского сельсовета за злоупотребления и незаконные штрафы, а в другом постановлении, принятом в октябре того же года, Кочетов премируется 300 руб.
Семенихин пытается сказать политическое значение преступлений, творящихся в Алешках. Он принимает себя виновным лишь в том, что недостаточно внимательно подбирал кадры районных и сельских работников и не организовал контроль за выполнением решений райисполкома. Вопиющие нарушения революционной законности, допускавшиеся президиумом райисполкома под руководством Семенихина. Он скромно называет «отдельными упущениями и недоработками». Однако, на прямой вопрос, поставленный прокурором, — какие настроения вызывало все это у населения, — Семенихин после некоторых колебаний признает:
— Это подрывало авторитет советских работников...
Прокурор. Кому же на руку подобные действия?
Семенихин. Классовому врагу, безусловно.
Прокурор. Если люди массово совершают беззакония, выгодные классовому врагу, разве это не является контрреволюционными действиями?
Семенихин уклоняется от прямого ответа, а ссылается на «несознательность» тех, кто эти беззакония допускал.
Прокурор. Вы заявили, что Кочетов, и другие председатели сельсоветов умышленно скрывали от вас факты незаконных действий. Значит, они действовали сознательно?
441

Семенихин. Я этого не знаю.
Прокурор. А разве можно избивать людей и издеваться над ними?
Семенихин. Это, конечно, тягчайшее преступление.
Прокурор. Ваши показания о том, что надо «отбирать все под гребешок», «крутить хвосты» и т.п. влияли на то, чтобы творились эти беззакония?
Семенихин. Я давал установку отбирать имущество только в законном порядке.
Прокурор. Разрешите снова уличить вас во лжи. В деле имеется документ — письмо райисполкома и райкома ко всем председателям сельсоветов и секретарях парторганизаций о том, чтобы за невыполнение гособязанностей налагать штрафы в десятикратном размере. Где вы нашли такой закон?
Семенихин. Не может быть... Я не помню такого случая...
Прокурор, (показывает документ Семенихину). Чья здесь подпись?
Семенихин. Моя и Колыхматова.
Прокурор. Так значит, это вы все-таки давали установку на десятикратные штрафы?
Семенихин. Это опечатка...(В зале смех). Ошиблись, когда перепечатывали.
Прокурор. Но ведь в результате этой «опечатки» пострадали сотни граждан вашего района. Не так ли?
Семенихин молчит...1*
Коммуна. 1937. 2 сентября.
' Далее опущены сведения о других фактах нарушения законности.
№ 320
«Суд над вредителями в Алешковском районе»
3 сентября 1937 г.
Алешки, 2 (От спец. корреспондента «Коммуны»). — Дальнейший допрос обвиняемых Колыхматова и Семенихина и показания многочисленных свидетелей окончательно раскрывают картину вредительских дел и морального разложения бывших руководителей Алешковского района. Всплывают все новые и новые факты нарушения революционной законности и грубейшего издевательства над гражданами. Подсудимые продолжают запираться. Колыхматов молчит, а Семенихин переменив тактику, не будучи в силах опровергнуть предъявленных ему обвинений, старается всячески опорочить выступающих свидетелей. Он поминутно вскакивает и заявляет суду, что свидетель находится с ним во враждебных отношениях... Если верить Семенихину, то выходит, по его словам, что во «враждебных отношениях» к нему была не только добрая половина районных работников, но и рядовые колхозники, трактористы, служащие, учителя и т. д. Правильнее было бы сказать, что Семенихин был враждебен всем трудящимся района.
Свидетель Афанасьев (директор МТС) сообщает о ряде фактов нарушений колхозного устава и ущемления прав колхозников. По распоряжению Семенихина незаконно списывались средства со счетов колхозов. Корма, предназначенные для колхозов, расхищались направо и налево или же распределялись без учета действительной потребности колхозов. Подбор колхозных кадров также происходил «по-семейному». Председатели колхозов назначались по договоренности с Колыхматовым и Семенихиным. Согласия колхозников никто не спрашивал. Экономическим состоянием колхозов Семенихин не интересовался.
Во всех действиях Семенихина и Колыхматова чувствуется явный умысел — всячески разлагать колхозы и вызывать недовольство колхозников. Были случаи, когда на колхозников налагался штраф по 50 трудодней (колхоз «Красное Замоскворечье»). В колхозе «Свободный путь» средства на
442

заем удерживались принудительно из авансов колхозников на трудодни. Критика и самокритика в колхозах зажималась самым решительным образом.
Свидетели Я.Н.Гольцев и В.А.Мишин рассказывают, что, когда на общем собрании в колхозе «1 Мая» они и другие колхозники выступили с критикой работы правления и требовали снятия председателя колхоза за бездеятельность, председатель сельсовета Кочетов разогнал собрание и четыре наиболее активные колхозника, в том числе и свидетели, были арестованы по его провокационному и ложному заявлению.
Семенихин всячески пытается отрицать, что падеж скота в районе связан с разбазариванием кормов. Однако вызванный в качестве свидетеля ветеринарный врач Тучина подтверждает, что эпизоотии в этом году не было и заболевание и падеж скота вызваны главным образом истощением. Тучина добавляет, что президиум райисполкома совершенно не интересовался вопросом животноводства и ни разу не заслушивал ее доклада о состоянии поголовья скота. Свидетель Афанасьев также подтверждает, что урожайность прошлого года вполне обеспечивала скот кормами, а если и был падеж скота из-за бескормицы, то здесь явно действовала рука классового врага.
Весь ход судебного следствия с очевидностью подтверждает, что обвинение в сознательном развале колхозного хозяйства, предъявленное Семенихину и ряду руководителей района, вполне подтверждается. Семенихин не только использовал в своих корыстных целях подсобное хозяйство райисполкома, но и сам завел у себя «кулацкое хозяйство», как его называли в районе, и совершал крупные коммерческие обороты. На его дворе всегда откармливалось и имелось по несколько свиней, масса кур и гусей. Корма для своего стада Семенихин получал бесплатно в комбинате «Союзмука» по нарядам райзо. За время своего «хозяйничанья» в Алешках Семенихин продал 8 свиней заготовительным организациям в среднем за 1,5 тыс. руб. Кроме того, торговал на базаре свининой вразруб.
Колыхматов и Семенихин создавали вокруг себя атмосферу угодничества и подхалимства. Свидетель Ломанов заявляет, что неоднократные жалобы на Семенихина в область и лично бывшему председателю областного исполнительного комитета Орлову систематически замалчивались и на них никаких ответов не поступало. Семенихин и Колыхматов бравировали тем, что они пользуются полным доверием областных организаций...1
Коммуна. 1937. 3 сентября
'* Далее опущены сведения о других фактах нарушения законности.
№321
Сообщение газеты «Коммуна» о приговоре бывшим руководителям
Алешковского района Воронежской обл.
6 сентября 1937 г.
4 сентября, поздно ночью, спец. коллегия областного суда вынесла приговор по делу алешковских вредителей. Обвиняемые Семенихин И.К. и Кочетов С.А. приговорены к высшей мере социальной защиты — расстрелу. Бельков М.С. и Харьков Л.В. приговорены к 10 годам лишения свободы с поражением в правах на 5 лет. Качкин В.И. и Кабанов П.А. — к 5 годам каждый, Мямлин В.В. и Ставицкий П.А. — к 3 годам каждый и Иванов В.В. — к 1 году исправительно-трудовых работ.
Трудящиеся района встретили приговор суда с полным удовлетворением.
Коммуна. .1937. 6 сентября.
443

М 322-324
Судебный процесс над руководителями Грачевской МТС Базковского района Азово-Черноморского края
10-12 сентября 1937 г. № 322 Сообщение газеты «Молот» о судебном процессе в Базковском районе
10 сентября 1937 г.
Базки, 9. (Спец. корр. «Молота»). Обширное помещение клуба станицы Базковской не могло вместить всех рабочих и колхозников, проявляющих огромный интерес к процессу контрреволюционной вредительской организации, которая разоблачена органами НКВД в Грачевской МТС. Дело разбирает выездная сессия краевого суда под председательством члена крайсуда т. Куликова, при народных заседателях тт. Беседине и Копылове. Судебное обвинение поддерживает зам. краевого прокурора т. Востоков.
На скамье подсудимых — заклятые враги народа, члены контрреволюционной троцкистско-бухаринской вредительской шайки. В течение ряда лет эта банда, состоявшая из бывшего директора Грачевской МТС Корешкова-Корши-кова, бывшего старшего механика этой же МТС Шевцова, бывшего бухгалтера МТС Кадыкова, бывшего директора Грачевского маслозавода Ушакова, поддерживая тесную связь с троцкистско-правыми бандитами Касиловым, Са-вушем, Лукиным, вела активную вредительскую деятельность. Почти все подсудимые — в прошлом белогвардейцы, принимавшие активное участие в вооруженной борьбе против Советской власти.
Корешков-Коршиков служил в личной охране белого палача генерала Бо-гаевского, расстреливал солдат, восставших против белобандитов. После революции он дважды исключался из партии как троцкист и белый офицер, скрывший службу в белой армии.
Шевцов — белогвардеец, дважды исключавшийся из партии за шкурничество и за срыв ремонта комбайнов.
Кадыков — выходец из кулацкой семьи.
Ушаков — белогвардеец, два раза привлекался к суду за растрату и дискредитацию Советской власти.
Таков зверский облик этих фашистских наемников, представших сегодня перед пролетарским судом.
Первым допрашивается обвиняемый Шевцов. Он полностью признает себя виновным в предъявленных ему обвинениях. Отвечая на вопросы председателя суда т. Куликова и прокурора т. Востокова, этот пойманный с поличным вредитель дает подробные показания о планах вредительской организации, ее связях с троцкистами и белогвардейцами, о методах и приемах диверсий. Суд устанавливает, что Шевцов вошел в контрреволюционную банду еще в 1935 г. Он был вовлечен в нее директором МТС Корешковым-Коршиковым. Зная об исключении Шевцова из партии и о том, что он был активным белогвардейцем, Корешков-Коршиков смело раскрыл перед Шевцовым все карты и дал ему диверсионное задание: вести вредительскую работу на самом ответственном участке МТС — на ремонте тракторов и комбайнов.
Белогвардеец, враг советского народа Шевцов охотно выполнял диверсионные задания Корешкова-Коршикова. В результате, Грачевская МТС из года в год была самой отстающей в районе и бывшем Северо-Донском округе. Тракторный парк МТС систематически выходил из строя и становился на длительный повторный ремонт. Это приводило к срыву сроков и качества по-
444

левых работ. Особенный размах приобрела вредительская работа презренных троцкистско-бухаринских шпионов в 1936-1937 гг. В первые же дни весеннего сева 34 трактора из 65, имевшихся в МТС, выбыли из строя и фактически не работали. За время весеннего сева было перерасходовано 24 т горючего, на 18 тыс. руб. Простой работавших тракторов достиг огромного размера — 26 тыс. человеко-часов.
Для вредительского развала тракторного парка Шевцов, по прямым заданиям Корешкова-Коршикова, систематически ставил на тракторы заведомо негодные части: коленчатые валы, поршневые кольца, подшипники. Когда рабочие стахановцы пытались противодействовать вредительству Шевцова и жаловались на него директору МТС Корешкову-Коршикову, этот враг народа с бранью набрасывался на рабочих. «Не ваше дело вмешиваться. Делайте то, что вам говорят», — кричал мерзавец, пробравшийся на ответственный пост директора МТС. Шевцов и теперь, на скамье подсудимых, остается не разоружившимся, заклятым врагом партии и советского народа. Когда прокурор задает ему вопрос: «Если бы вас не разоблачил НКВД, вы продолжали бы вредить и до сих пор?». Шевцов, не задумываясь, отвечает: «Конечно, продолжал бы».
На вечернем заседании, 9 сентября, начался допрос обвиняемого Корешкова-Коршикова. Это одна из центральных фигур процесса. Белобандит, убийца, расстреливавший рабочих и крестьян, охранник палача Богаевского, матерый вредитель и диверсант, участник троцкистско-бухаринской банды, Ко-решков-Коршиков пытается уйти от ответственности. Он хочет скрыть от пролетарского суда свое кровавое прошлое. Но показаниями ряда свидетелей он изобличается.
Молот. 1937. 10 сентября.
№ 323
Сообщение газеты «Молот» о судебном процессе в Базковском районе
/ / сентября 1937 г.
Базки, 10. (От спец. корр. «Молота») Как уже сообщалось, главарь контрреволюционной, вредительской банды, орудовавшей в Грачевской МТС, Корешков-Коршиков всячески пытался спрятать концы, Он то признавал себя «частично виновным», то вовсе отрицал свои преступления, несмотря на десятки фактов и свидетельских показаний, изобличающих его. Подлая, двурушническая тактика фашистского диверсанта была настолько очевидна, что суд нашел возможным прекратить его допрос. Однако, сегодня, в начале утреннего суда, Корешков-Коршиков, чувствуя, что круг замкнулся и дальнейшее отпирательство невозможно, полностью признал себя виновным.
Суд устанавливает, что Корешков-Коршиков, скрыв свою активную службу в белой армии, обманным путем пробрался в партию. В 1929 г. он связался в Кошарах с группой ныне разоблаченных органами НКВД троцкистско-бухаринских бандитов. В 1931 г. часть из этих врагов народа была переброшена в Вешенский район. Вскоре они вызвали туда Корешкова-Коршикова и назначили его заведующим райзо. Здесь Корешков-Коршиков входит в контрреволюционную, вредительскую троцкистско-бухаринскую банду, поставившую себе целью разложить колхозы изнутри, спровоцировать недовольство трудового казачества. Как выясняется из допроса обвиняемого, контрреволюционная шайка, действовавшая в Вешенском районе, была тесно связана с троцкистами и правыми, окопавшимися на Северном Дону. И вот, оттуда шли директивы: бить по наиболее чувствительным местам, совершать диверсионные
445

акты, всеми мерами дискредитировать мероприятия партии и Советской власти, сколачивать кадры бывших белогвардейцев, карателей, кулаков.
Уже весной 1932 г. Корешков-Коршиков вредительски сорвал сев в Ве-шенском районе. Он давал указания «сеять поверху», завозить зараженный семенной материал, культивировать сорняки. Вследствие этого хлеб в этом году в районе не уродился. То был год кулацкого саботажа, когда партия Ленина-Сталина, опираясь на широчайшие массы колхозного крестьянства, громила яростное сопротивление осколков капиталистических классов. Троцкист-ско-бухаринские бандиты, засевшие в руководстве Вешенского района, прилагали все усилия к тому, чтобы сорвать борьбу за слом саботажа. По признанию Корешкова-Коршикова, враги народа в провокационных целях шли на самые гнусные издевательства над колхозниками.
— Скажите, Корешков-Коршиков, для чего вы это делали? — спрашивает
председатель суда.
— Для того чтобы вызвать недовольство казаков Советской властью, раз
ложить колхозы, — отвечает фашистский бандит.
— Вы ждали войны капиталистов против СССР, вы рассчитывали на нее?
— Да.
В зале — гул возмущения.
Суд переходит к выяснению обстоятельств вредительской деятельности Корешкова-Коршикова и его соучастников в Грачевской МТС. В ходе судебного следствия устанавливается, что Корешков-Коршиков, будучи назначен в 1934 г. директором Грачевской МТС, немедленно начал сколачивать здесь диверсионную банду. Он втягивает во вредительскую организацию Шевцова, Кадыкова, Ушакова, агронома Бернасовского и других бывших белогвардейцев, кулаков. Диверсанты были расставлены на определенные участки. Шевцов выводил из строя тракторный и комбайный парк, Бернасовский организовывал сев зараженными и недоброкачественными семенами, вредительскую обработку земли, Кадыков привел МТС к крайне тяжелому финансовому состоянию. Он вредительски запутывал отчетность, задерживал выдачу заработной платы рабочим.
Допрос Кадыкова и Ушакова дополняет картину вредительской и диверсионной деятельности шайки отъявленных фашистских мерзавцев. Пьянки, бесцельные командировки, растраты, контрреволюционная агитация — все это входило в арсенал врагов народа.
Корешков-Коршиков брал по 2 — 3 тыс. руб., якобы, на покупку запасных частей, а на самом деле растрачивал эти деньги, фабрикуя подложные счета и квитанции, оставляя МТС без необходимейших деталей. В свое время было заведено следственное дело на Корешкова-Коршикова по обвинению его в расхищении государственных средств. Но троцкистско-бухаринские бандиты, сидевшие тогда в руководстве округа, затушевали дело и дали возможность своему ставленнику ускользнуть от пролетарского суда.
Так постепенно разматывается клубок преступлений.
Молот. 1937. 11 сентября.
№ 324
Сообщение о приговоре бывшим руководителям Грачевской МТС
12 сентября 1937 г.
Базки, 11. (По телефону). Сегодня, 11 сентября, закончился суд над контрреволюционной вредительской бандой Корешкова-Коршикова, Шевцо-
446

ва, Ушакова, Кадыкова, орудовавших в Грачевской МТС, Базковского района. После 4-часового совещания суд в 14 час. 30 мин. оглашает приговор.
Главный организатор и руководитель троцкистско-бухаринской фашистской шайки Корешков-Коршиков, его активные соучастники во вредительской деятельности Шевцов и Ушаков приговорены к высшей мере наказания — расстрелу. Бывший бухгалтер МТС Кадыков приговорен к 8 годам лишения свободы с последующим поражением в правах на 3 года.
Приговор суда, отразивший волю трудящихся края, был встречен горячими, продолжительными аплодисментами. Колхозники-казаки и рабочие МТС, присутствовавшие в зале заседания суда, единодушно одобрили приговор, сметающий с лица земли гнусную банду врагов советского народа.
Молот. 1937. 12 сентября.
№325
Приговор по делу бывших руководителей
Головинщинского района Куйбышевской обл.
15 сентября 1937 г.
Именем Российской Социалистической Федеративной Советской Республики
29 августа — 10 сентября 1937 г. выездная сессия Специальной коллегии Куйбышевского областного суда в составе председательствующего Вихарева, членов Зинковского и Лавровой, при секретаре Карповой с участием государственного обвинителя — прокурора Рудакова, общественного обвинителя Са-дьяфарова и защиты в лице членов коллегии защитников: Трифонова, Тата-ринцева и Благомыслова, рассмотрев в открытом судебном заседании дело в с. Головинщине по обвинению:
1. Звягина Василия Максимовича, 1903 г. рождения, служащего, урожен
ца г. Сталинграда, женатого, состоял членом ВКП(б), исключен в связи с
данным делом, до ареста работал в должности секретаря Головинщинского
райкома ВКП(б);
2. Сашенкова Алексея Алексеевича, 1905 г. рождения, служащего, из ку
лацкой семьи, из с. Голодаевки Свищевского района Куйбышевской обл., же
натого, состоял членом ВКП(б), исключен в связи с данным делом, работал в
должности председателя Головинщинского райисполкома;
3. Г уриной Анны Николаевны, 1896 г. рождения, уроженки с. Абрамова
Арзамасского района Горьковской обл., дочери урядника, торговца, семейной,
состояла членом ВКП(б), исключена по настоящему делу, до ареста работала
инструктором Куйбышевского облисполкома, а до этого председателем Голо
винщинского райисполкома;
4. Гаврилова Василия Максимовича, 1908 г. рождения, служащего, уро
женца д. Городец Вешкаймского района, женатого, состоял членом ВКП(б),
исключен в связи с данным делом, работал в должности директора Головин-
щинской МТС;
5. Лонщакова Федора Николаевича, 1901 г. рождения, служащего, уро
женца с. Черенщонки Каменского района Куйбышевской обл., состоял членом
ВКП(б), исключен в связи с данным делом, работал в должности заведующе
го Головинщинским райфо;
6. Просвирнова Михаила Степановича, 1909 г. рождения, служащего, уро
женца с. Русская Безеньга Ульяновская района Куйбышевской обл., женато
го, состоял членом ВКП(б), исключен в связи с данным делом, работал в
должности прокурора Головинщинского района;
447

7. Корнеева Шарибджана Ахмеджановича, 1900 г. рождения, уроженца
с. Качалейки Головинщинского района, из семьи торговца-барышника, дезер
тира Красной Армии, состоял членом партии, исключен во время обмена пар
тийных документов, как социально-чуждый элемент, женатого, работал в ка
честве председателя Качалеевского сельсовета;
8. Королева Тимофея Алексеевича, 1904 г. рождения, уроженца с. Ахма-
товки Телегинского района Куйбышевской обл., женатого, состоял членом
ВКП(б), исключен в связи с данным делом за контрреволюционную агита
цию, работал в должности председателя Б.-Верховского сельсовета;
9. Чугунова Ивана Петровича, 1909 г. рождения, уроженца с. Титовки Ме-
лекесского района Куйбышевской обл., женатого, состоял кандидатом в члены
партии, исключен в связи с данным делом, работал в должности председателя
Вергинского сельсовета;

10. Носкова Григория Андреевича, 1894 г. рождения, уроженца с. Андре-
евки Головинщинского района, женатого, состоял членом ВКП(б), исключен
в связи с данным делом,, работал в должности председателя Покровско-Ва-
режского сельсовета;
11. Тютюнькина Ивана Семеновича, 1903 г. рождения, уроженца с. Бли-
новки Каменского района Куйбышевской обл., женатого, состоял членом
ВКП(б), исключен в связи с данным делом, работал в должности председате
ля Титовского сельсовета;
12. Люлюкина Семена Ивановича, 1912 г. рождения, уроженца с. Лидино
Головинщинского района, женатого, состоял кандидатом в члены ВКП(б), ис
ключен в связи с данным делом, работал в должности председателя Лидинско-
го сельсовета;
13. Медведевой Прасковьи Алексеевны, 1913 г. рождения, уроженки
с. Кевда-Мельситово Каменского района Куйбышевской обл., замужней, со
стояла членом ВКП(б), исключена в связи с данным делом, работала в долж
ности председателя Андреевского сельсовета;
14. Тащаева Ивана Захаровича, 1903 г. рождения, уроженца с. Алексеев-
ки Головинщинского района Куйбышевской обл., служащего, женатого, состо
ял членом ВКП(б), исключен в связи с данным делом, ранее работал в долж
ности председателя Головинщинского сельсовета;
15. Мелехина Афанасия Трофимовича, 1903 г. рождения, уроженца д. Ма
леевки Свищевского района Куйбышевской обл., женатого, состоял членом
ВКП(б), исключен в связи с данным делом, работал в должности председате
ля Кочетовского сельсовета.
16. Федина Петра Алексеевича, 1911 г. рождения, уроженца с. Большие
Верхи Головинщинского района, из кулацкой семьи, женатого, в 1933 г. по
ст. 74 УК89 осужденного на 6 месяцев исправительно-трудовых работ, наказа
ние отбыл, состоял членом ВЛКСМ, в июле 1935 г. исключен, как классово-
чуждый элемент и разложившийся, работал в качестве заместителя председа
теля Б.-Верховского сельсовета;
17. Яйцевой Анастасии Николаевны, 1905 г. рождения, уроженки с. Ни
зовки Головинщинского района, замужней, состояла кандидатом в члены
ВКП(б), исключена в связи с данным делом, работала в должности замести
теля председателя Титовского сельсовета;
18. Белехиной Анны Прокофьевны, 1901 г. рождения, уроженки с. Андре-
евки Головинщинского района, семейной, работала в должности члена Андре
евского сельсовета;
19. Антпошина Степана Константиновича, 1903 г. рождения, уроженца
г. Ниж. Ломова Н.-Ломовского района Куйбышевской обл., служащего, рабо
тал в должности секретаря Покровско-Варежского сельсовета.
448

20. Сорокина Петра Максимовича, 1901 г. рождения, уроженца с. Покров-ско-Варежска Головинщинского района, служащего, работал в должности счетовода Покровско-Варежского сельсовета;
Все они обвиняются в преступлениях, предусмотренных статьями 58-7 и 58-11 УК РСФСР.
Предварительным судебным следствием установлено:
В течение последних двух лет на территории Головинщинского района Куйбышевской обл., под руководством ныне разоблаченных и находящихся по следствием по другому делу троцкистко-бухаринских врагов народа, пробравшихся к руководству облфу и облзу, — бывшего заведующего облфу Зуева-Ратникова и бывшего зам. начальника облзу Тюрникова, — группа врагов народа, пробравшись к руководству в районе и пользуясь своим служебным положением, вела контрреволюционную вредительскую работу, направленную на подрыв сельского хозяйства.
Эта контрреволюционная, вредительская группа в районе состояла из бывшего секретаря РК ВКП(б) Звягина, бывших председателей райисполкома Гуриной и Сашенкова, бывшего заведующего райфо Лонщакова и бывшего директора Головинщинской МТС Гаврилова.
Указанная группа врагов народа ставила своей основной задачей подрыв сельского хозяйства в районе. С этой целью вопреки постановлению правительства в 1937 г. ими проведено: вредительский (разбросной) сев на площади 3880 га, в результате колхозы района недополучили 40 тыс. пуд. хлеба из урожая 1937 г., сорван план посева сортовых семян в 1937 г.: из утвержденных по плану 6900 га посеяно лишь 1682 га или 25%, при чем в период сева Звягиным, Гавриловым и др. делались вредительские указания о смешивании сортовых семян с рядовыми1*.
Для организованного и систематического проведения вредительской работы на территории района враги народа Звягин, Сашенков, Лонщаков, Турина рассадили на ответственные участки работы — в сельсоветы и колхозы — своих людей — врагов народа — троцкистско-бухаринских последышей и морально разложившихся, пьяниц, жуликов и уголовных преступников, которые активно осуществляли все вредительские действия на всех участках работы. Все эти действия были направлены на создание недовольства и провоцирование колхозников и трудящихся единоличников против Советской власти.
Суд считает установленным и доказанным контрреволюционные преступления в отдельности каждого из обвиняемых:
Звягин, будучи в должности секретаря Головинщинского райкома партии, совместно с бывшими председателями райисполкома Сашенковым и Гуриной на протяжении 1936—1937 гг. давали вредительские указания, установки и директивы на производство вредительского разбросного сева, засеяв в колхозах 3880 га, давали распоряжения председателю колхоза «Ленинские дни» смешивать сортовые семена с несортовыми (показания свидетеля Никитина).
Особо вредительскую работу враги народа проводили в области животноводства в колхозах района, доведя гибель скота до 37% к общему поголовью скота на 1 января 1936 г. С этой целью они умышленно сорвали заготовку силосных и веточных кормов, расхищали отпущенный государством фуражный фонд.
Обвиняемые Звягин, Сашенков и Турина вели вредительскую работу в области финансовой политики через своих ставленников на местах, переоблагая налогами колхозников и трудящихся единоличников, незаконно изымая имущество, ломая жилые дом, надворные постройки, отбирая вещи домашнего обихода, сопровождая все это избиением колхозников, трудящихся единоличников и семей красноармейцев.
15 - 9569 449

Факты глумления и зверского издевательства происходили на глазах обвиняемых Звягина, Сашенкова и Гуриной, которые не только не принимали мер к привлечению конкретных виновников к уголовной ответственности, а наоборот, умышленно срывали и защищали их с целью проведения своих контрреволюционных действий.
Суд находит, что такими контрреволюционными действиями Звягин, Са-шенков и Турина совершили преступления, предусмотренные ст. ст. 58-7 и 58-11 УК РСФСР.
Обвинение Лонщакова доказано тем, что он, будучи в должности заведующего райфо, с 1935 по 1936 год занимался контрреволюционной работой в области финансовой политики в районе, заключавшейся в том, что он, наравне со Звягиным, Сашенковым и Гуриной, давал вредительские установки и директивы председателям сельсоветов на переобложение налогами колхозников и единоличников, на основе чего утверждал составленные описи должников, забирая за неуплату налогов все имущество. Такими действиями Лонщаков совершал контрреволюционное преступление, предусмотренное ст. ст. 58-7 и 58-11 УК РСФСР.
Обвинение Гаврилова доказано тем, что он, будучи директором Головин-щинской МТС, на протяжении 1936 — 37 гг. вел контрреволюционную работу под покровительством Звягина и Сашенкова, направленную на развал работы МТС путем вредительского ремонта тракторов, комбайнов и необеспеченности горючим, в особенности к весеннему севу 1937 г., когда ремонт был проведен только на 40%. В результате получились простои и сев вместо установленных 12 дней, по плану продолжался в среднем 33 дня (Лист дела № 234, т. II). Вместе со Звягиным и Сашенковым давал указания на производство вредительского сева ручным разбросным способом и смешивание сортовых семян с рядовыми, чем совершал контрреволюционное преступление, предусмотренное ст. ст. 58-7, 58-11 УК.
Обвинение Носкова доказано тем, что он, состоя в должности председателя сельсовета, на протяжении 1936 г. и самостоятельно и по установке районного руководства — Звягина, Сашенкова, Гуриной и Лонщакова вел вредительскую работу, заключающуюся в незаконном изъятии имущества у колхозников и единоличников, наложении незаконных штрафов, в отказе в выдаче стандартных справок впредь до погашения налогов. Особо зверский случай имел место в декабре 1936 г., когда Носков совместно с обвиняемыми Анто-шиным и Сорокиным избивали колхозника-ударника Даниличева, издевательски его связав, в каком виде он пролежал в течение 6 — 7 часов.
Используя свое служебное положение, принудил к половой связи гражданку Тикунову. Преступление Носкова предусмотрено ст. ст. 58-7 и 58-11 УК.
Обвинение Королева и Федина доказано тем, что, работая, — первый — председателем сельсовета, а второй — его заместителем, проводили контрреволюционную работу, заключающуюся в том, что они занимались переобложением платежей, незаконно изымали у трудящихся колхозников и единоличников имущество за невзнос платежей, продавали за бесценок, причем все эти действия сопровождались насилием, что имело место с гражданкой Щербаковой, причем Королев при обращении к нему с жалобами на действия издевательского характера со стороны Федина угрожал расправой. Преступления Королева и Федина предусмотрены ст. ст. 58-7 и 58-11 УК1*.
На основе изложенного и руководствуясь ст. ст. 319 и 320 УПК РСФСР, выездная сессия Специальной коллегии Куйбышевского областного суда приговорила:
450

— Сорокина Петра Максимовича по ст. ст. 76-58-7, 58-11 УК подвергнуть
лишению свободы сроком на 3 года без поражения в правах с зачетом предва
рительного содержания под стражей с 8 июля 1937 г.;
— Балакину Анну Прокофьевну и Яйцеву Анастасию Николаевну по
ст. 58-7, 58-11 УК подвергнуть лишению свободы сроком на 3 года каждую
без поражения в правах с зачетом предварительного заключения с 7 по
11 июля и с 30 августа по день суда.
— Медведеву Прасковью Алексеевну по ст. ст. 58-7, 58-11 УК подвергнуть
тюремному заключению сроком на 5 лет с зачетом предварительного заключе
ния с 8 июля 1937 г. без поражения в правах.
— Антошина Степана Константиновича по ст. ст. 58-7 и 58-11 УК под
вергнуть тюремному заключению сроком на 5 лет без поражения в правах с
зачетом предварительного заключения с 30 мая 1937 г.
— Люлюкина Семена Ивановича по ст. ст. 58-7, 58-11 УК подвергнуть тю
ремному заключению сроком на 6 лет без поражения в правах с зачетом пред
варительного заключения с 8 июля 1937 г.
— Мелехина Афанасия Трофимовича по ст. ст. 58-7, 58-11 УК подверг
нуть тюремному заключению на 7 лет согласно ZZ А ст. 31 УК с поражением
в правах сроком на 3 года с зачетом предварительного заключения с 8 июля
1937 г.
— Просвирнова Михаила Степановича по ст. ст. 58-7, 58-11 УК подверг
нуть тюремному заключению со сроком на 8 лет согласно ZZ А ст. 31 УК с
поражением в правах сроком на 3 года, с зачетом предварительного заключе
ния с 22 августа 1937 г.
— Турину Анну Николаевну,
— Тащаева Ивана Захаровича,
— Тютюнъкина Ивана Семеновича,
— Федина Петра Алексеевича,
— Чугунова Ивана Петровича
подвергнуть по ст. ст. 58-7 и 58-11 УК тюремному заключению сроком на 10 лет каждого и по ст. 31ZZ А УК с поражением в правах на 5 лет каждого. Зачесть предварительное заключение Гуриной с 25 августа 1937 г., Тащаеву — с 22 августа 1937 г., Тютюнькину — с 8 июля 1937 г., Федину — с 2 июня 1937 г., Чугунову - с 13 мая 1937 г.
— Звягина Василия Максимовича,
— Сашенкова Алексея Алексеевича,
— Гаврилова Василия Максимовича,
— Лонщакова Федора Николаевича,
— Корнеева Шарибджана Ахмеджановича,
— Королева Тимофея Алексеевича,
— Носкова Григория Андреевича
по ст. ст. 58-7 и 58-11 УК подвергнуть высшей мере наказания — расстрелу с конфискацией лично принадлежащего им имущества.
Меру пресечения всем осужденным до вступления приговора в законную силу оставить без изменения — содержать под стражей. Приговор окончательный, но может быть обжаловал в Спецколлегию Верховного Суда РСФСР в течение 72 часов с момента вручения осужденным копии настоящего приговора.
Председательствующий Вихарев. Члены суда: Банковский, Лаврова.
Волжская Коммуна. 1937. 13 сентября.
''Далее опущен текст о некоторых фактах «вредительской» деятельности обвиняемых.
15' 451

№ 326
Директива И.В.Сталина и В.М.Молотова о проведении показательных
процессов над «вредителями по хранению зерна»
10 сентября 1937 г.
Всем секретарям обкомов, крайкомов, нацкомпартий Всем председателям облисполкомов и крайисполкомов Всем председателям совнаркомов, всем наркомвнуделам и У НКВД
31 августа 1937 г. было разослано постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР о борьбе с клещом и ликвидации последствий вредительства в деле хранения зерна1*.
Из телеграмм с мест выясняется, что вредительство в деле хранения зерна не только не ликвидировано, но все еще процветает. Десятки тысяч тонн зерна лежат под дождем безо всякого укрытия, элементарные условия хранения зерна нарушаются грубейшим образом.
ЦК и СНК обязывают Вас устроить по области, краю от двух2* до трех показательных судов над вредителями по хранению зерна, приговорить виновных к расстрелу, расстрелять их и опубликовать об этом в местной печати.
Получение и исполнение телеграфировать.
Председатель СНК СССР В. Молотов. Секретарь ЦК ВКП(б) И. Сталин.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп.П. Д. 57. Л. 71. Машинописный текст с правкой рукою Сталина.
}\ См. док. № 179
2* Выделенное курсивом вставлено Сталиным. Зачеркнуто: «в каждой области, крае, республике (от) трех до пяти...»
№ 327
Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о рассмотрении в судах
дел о вредительстве и диверсиях1*
/ / сентября 1937 г.
Вопрос Вышинского.
1. Обвинительное заключение по делам о контрреволюционном вредитель
стве и диверсиях вручать обвиняемым за одни сутки до рассмотрения дела в
суде.
2. Кассационного обжалования по делам о преступлениях, предусмотрен
ных статьями 58-7 (вредительство) и 58-9 УК (диверсия), не допускать.
3. Приговора о высшей мере наказания (расстреле) приводить в исполне
ние немедленно по отклонении ходатайств осужденных о помиловании90.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 22. Л. 2. Подлинник. Подписной экз.
** П. 13 протокола № 53 заседания Политбюро ЦК ВКП(6) от 21 сентября 1937 г.
№ 328
Постановление бюро Алма-Атинского обкома КП(б) Казахстана
«Об организации показательного процесса»
/ / сентября 1937 г.
Слушали: Об организации показательного процесса над национал-фашистами во главе с Матчановым (бывший председатель рика), вредивших в области сельского хозяйства в Урджарском районе (т. Юсупов)
452

Постановили: В соответствии с указанием ЦК КП(б)К организовать в Урджаре 21—22 сентября 1937 г. открытый показательный судебный процесс над контрреволюционной, националистическо-вредительской группой во главе с Матчановым.
Поручить т. Шабанбекову передать подготовленные дела не позже 17 — 18 сентября.
Состав выездной сессии областного суда утвердить т. Коскульдиева (председатель) и т.т. Иктисамову и Сарыбаева (члены). Запасного члена суда выделить из Урджарского района.
Государственным обвинителем утвердить Мусина (старшего помощника прокурора республики). Общественным обвинителем судебного процесса утвердить т. Кайнарбаева (редактор областной газеты).
Обеспечить участие на суде представителей всех колхозов района и представителей смежных районов. Обязать Урджарский РК КП(б)К провести массово-разъяснительную работу среди колхозников о политическом значении судебного процесса.
Поручить областным газетам и РК КП(б)К организовать освещение всего хода процесса в областной и районной печати. Урджарскую районную газету на время процесса перевести на ежедневку.
Секретарь ОК КП(б)К Н.Юсупов. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 42. Д. 231. Л. 53. Подлинник.
№ 329
Постановление бюро Свердловского обкома ВКП(б) «О проведении суда над вредителями в приемке и хранении зерна»
14 сентября 1937 г.
За подрывную работу в области приемки и хранения зерна, за вредительскую порчу зерна и его заражение — предать суду участников контрреволюционной организации правых:
1. По Пермской базе Заготзерно: 1) Кочуков — заведующий базой, 2) Шкловский — техрук базы Заготзерно, 3) Юрьев — заведующий Баха-ревским пунктом Заготзерно, 4) Шадрин — техрук Сылвенского пункта Заготзерно, 5) Ипатов — заведующий Сылвенским пунктом Заготзерно.
2. По Надеждинской базе Заготзерно: 1) Захаров — заведующий базой Заготзерна, 2) Шмаков — бухгалтер базы, 3) Мохов — заведующий Горв-нуторгом, 4) Малерчук — начальник пожарно-сторожевой охраны базы.
3. По Фокинской базе Заготзерно: 1) Вольфсон — заведующий пунктом Заготзерно, 2) Купиргин — служащий пункта, 3) Алтынцев — бухгалтер пункта, 4) Суворов — ст. приемщик.
Предложить военной коллегии (т. Алексееву) провести в течение ближайшей пятидневки над этими контрреволюционерами, вредителями по хранению зерна суд, и, на основе директивных указаний, приговорить виновных к расстрелу, расстрелять их и опубликовать об этом в местной печати.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп 42. Д. 251. Л. 97. Подлинник.
453

№ 330
Телеграмма секретаря Киевского обкома ВКП(б)У Кудрявцева И.В.Сталину и В.М.Молотову о проведении показательных процессов над «вредителями по хранению зерна»1*
16 сентября 1937 г. Москва, ЦК ВКП(б) т.т. Сталину, Молотову
Во исполнение указания ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 11 сентября по Киевской обл. проводим следующие показательные суды над вредителями по хранению зерна:
Суд над работниками Ржищевского склада Заготзерно. По делу привлекаются 7 чел. Назначен к слушанию 18 сентября.
Суд над работниками Фастовского пункта Заготзерно. По делу привлекаются 3 чел. Назначен к слушанию 20 сентября.
Суд над работниками Белоцерковского элеватора. По делу привлекаются 6 чел. Назначен к слушанию 25 сентября.
Киевский обком просит ЦК ВКП(б) разрешить также провести показательный процесс над бывшим уполномоченным Комзаг по Киевской обл. Передрием и работниками Заготзерно Полторацким и Мусатовым являвшимися организаторами вредительства в системе Заготзерно по Киевской обл. с применением к ним мер предусмотренных указанием ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 11 сентября.
Секретарь Киевского обкома КП(б)У Кудрявцев.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 57. Л. 78. Подлинник. Машинописный текст на бланке шифровки.
1 На документе имеется резолюция с собственноручными подписями: «За — Молотов, Ст., Каганович, Ежов».
№ 331—332
Материалы открытого судебного процесса по делу «диверсионно-вредительской организации» в Северном районе Новосибирской области91 18—19 сентября 1937 г.
20-21 сентября 1937 г.
№ 331
Отчет корреспондента газеты «Советская Сибирь»
«Враги колхозного крестьянства перед советским судом»
20 сентября 1937 г.
Процесс троцкистско-бухаринской
шпионо-диверсионно-вредительской контрреволюционной организации, орудовавшей в Северном районе
Северное, 18. (по телефону от нашего собкорр.) 18 сентября в с. Северном выездная сессия специальной коллегии краевого суда в составе председательствующего т. Островского А.В., членов специальной коллегии тт. Щемеле-ва Н.И. и Коммунарова В.Ф. приступила к слушанию дела право-троцкистской шпионо-диверсионной вредительской контрреволюционной организации, действовавшей в Северном районе. Государственное обвинение поддерживает
454

помощник краевого прокурора по специальным делам т. Садковский С.К. защищают подсудимых члены коллегии защитников тт. Крамаренко Ф.А. и Фе-рибок М.И. По делу вызвано свыше 20 свидетелей.
На скамье подсудимых сидят бывшие руководящие работники района, в течение нескольких лет занимавшиеся диверсионно-вредительской контрреволюционной работой, Демидов И.Н. — бывший председатель райисполкома, Матросов М.И. — бывший секретарь райкома, Новгородцев Ф.Ф. — бывший заведующий районной ветеринарной лечебницей, Синев И.Н. — бывший заведующий финансовым отделом, Коротаев А.Н. — бывший секретарь президиума райисполкома и ветеринарные фельдшеры Промыслов С.А. и Воробьев B.C.
Процесс над право-троцкистской шпионской бандой проходит при огромнейшем внимании со стороны всех трудящихся. В редакцию местной газеты продолжают поступать многочисленные резолюции митингов и общих собраний колхозников, выражающих гнев и негодование народа против фашистских наймитов и диверсантов пытавшихся подорвать экономическую мощь колхозов, замышлявших реставрацию капитализма в нашей стране. Все резолюции единодушно требуют применить к троцкистско-бухаринским выродкам, продавшимся фашизму высшую меру наказания — расстрел.
Зал местного клуба, где проходит процесс, наполнен колхозниками, рабочими машинно-тракторных станций, прибывшими из отдаленных сел и колхозов, служащими.
Председательствующий т. Островский оглашает обвинительное заключение по делу право-троцкистской, шпионо-диверсионной вредительской контрреволюционной банды. Подсудимые обвиняются в злодеяниях и преступлениях перед партией, перед страной, перед рабочим классом и колхозным крестьянством. Враги колхозного крестьянства не останавливались ни перед чем. Они вредили, пакостили, гадили, как только могли, не брезгуя никакими средствами.
Вредительско-диверсионная банда запустила свои грязные мерзкие щупальца во все колхозы и села района. Троцкистско-бухаринские бандиты Демидов, Матросов, Синев проводили незаконные поборы, применяли массовые штрафы к колхозам и к трудящимся района, льготировали единоличников и особенно кулаков, грубо издевались над трудящимися района. Шпион одного иностранного государства Новгородцев, один из активных участников этой банды, вместе со своими подручными Промысловым и Воробьевым заражали скот, принадлежащий колхозам и колхозникам, инфекционными болезнями. Нет таких мерзких и гнусных дел на которые не шли бы оголтелые троцкистско-бухаринские бандиты.
После оглашения обвинительного заключения председательствующий спрашивает каждого подсудимого: — Признаете ли вы себя виновным в предъявленных вам обвинениях?
Припертые к стене неопровержимыми фактами об их подрывных вредительских действиях, все подсудимые встают и поочередно сквозь зубы цедят: — Да, виновен, признаю.
Первым допрашивается матерый враг, один из организаторов контрреволюционной банды, бывший председатель райисполкома Демидов И.Н.
Допрос подсудимого Демидова
Со скамьи подсудимых встает враг народа и с вызывающим цинизмом, развязностью прожженного дельца, пойманного на месте преступления, рассказывает суду о гнусных омерзительных делах право-троцкистской банды. Обдумывая каждое слова, чтобы замести следы и не выболтать лишнего, бан-
455

дит Демидов спокойно повествует о том, как он и его шайка развертывали подрывную работу в колхозах, как боролись против мероприятий партии и правительства, направленных к дальнейшему подъему социалистического сельского хозяйства и росту колхозной зажиточности.
Председательствующий. Когда вы вступили в контрреволюционную организацию?
Демидов. Примерно в октябре 1934 г.
Председательствующий. Кто входил кроме вас в эту контрреволюционную организацию?
Демидов. Я знаю, что в ней состояли Матросов, Булгаков, Синев и Коро-таев.
Председательствующий. Кого лично вы сами завербовали?
Демидов. Я вовлек Синева и Коротаева. Но вербовать их особенно и не надо было. Они и до этого были контрреволюционно настроены. Коротаев вредил как мог еще тогда, когда работал в плановом отделе райисполкома, а Синев — это автор сенного налога и многих других незаконных поборов.
Налоготворчество было одним из методов контрреволюционной работы бандитской шайки. Подсудимый Демидов вынужден подробно рассказать, что из себя представляли эти методы неслыханного издевательства над трудящимися района. Были, например, введены «сеноналог», «собаконалог». Каждое хозяйство района должно было сдать сельсовету 10—15% скошенного сена. Хозяйства же, которые не выполняли это задание, штрафовались. Также издевательски был учрежден «дымналог». Каждое хозяйство должно было уплатить по 18 руб. с печи. Только от взыскания «дымналога», по признанию самого Демидова, было незаконно получено больше 85 тыс. руб. Дело доходило до того, что отдельные семьи, чтобы избавиться от незаконных поборов, разламывали печи.
Председательствующий ставит подсудимому в упор вопрос. Какую цель преследовала ваша контрреволюционная организация проводя незаконные поборы вроде «сеноналога», «дымналога» и «собаконалога»?
Демидов. Чтобы вызвать возмущение и недовольство Советской властью.
Председательствующий. Когда вы убедились в контрреволюционных действиях Матросова?
Демидов. Окончательно я в этом убедился, и мы нашли общий язык в октябре 1934 г.
Председательствующий. Проводя настоящий грабеж трудящегося населения, путем введения незаконных налогов, нарушая советские законы, сталинский устав колхозной жизнивы, подсудимый, преследовали цель вызвать недовольства политикой Советской власти?
Демидов. Да.
Председательствующий. Президиум райисполкома под вашим руководством принимал ряд решений льготирующих единоличников и особенно кулаков. Колхозники ставились в худшие условия, чем единоличники. Скажите суду, подсудимый, вы этим преследовали цель дезорганизовать работу по коллективизации и вызвать недовольство у колхозников?
Демидов. Да.
Председательствующий. Расскажите суду, какими путями и методами вы подрывали экономическую мощь колхозов?
Демидов. Главное наше внимание было сосредоточенно на нарушении сталинского устава сельхозартели. Этим путем мы вызывали недовольство у колхозников, разрушали трудовую дисциплину, ослабляли мощь колхозов. Новгородцев, Промыслов и Воробьев заражали скот, принадлежащий колхозам и колхозникам, инфекционными болезнями.
456

С холодным равнодушием подсудимый Демидов рассказывает, какие неисчислимые убытки потерпели колхозы от подрывных действий бандитской шайки. Гибель лошадей — основной тягловой силы в районе — привела к срыву важнейших сельскохозяйственных работ (весенний сев, сеноуборка, уборка урожая и т.д.)
На судебном заседании устанавливаются все новые и новые факты преступных действий право-троцкистской банды.
Прокурор. Расскажите обвиняемый, какую цель вы преследовали, отбирая у колхоза «Красная звезда» автомашину, приобретенную им за счет средств, вырученных от продажи хлеба государству?
Демидов. Этим путем дискредитировалось такое мероприятие, как хлебо-закуп.
Прокурор. Значит, это было прямое контрреволюционное действие?
Демидов. Да.
Прокурор. Кто давал распоряжение о продаже домов трудящихся в поселках Филипповке и Малиновке?
Демидов. Я.
Прокурор. Скажите, о каких контрреволюционных действиях Матросова вы знаете?
Демидов. Он неоднократно давал прямые указания, нарушающие устав сельхозартели, в частности он лично дал распоряжение правлению колхоза им. Кагановича продать колхозникам НО ц хлеба, которые должны были распределяться по трудодням. Этот хлеб, принадлежащий колхозникам, продавался колхозникам по 18 руб. за пуд.
Прокурор. Такая издевательская линия по отношению к колхозникам соответствовала ли вашей контрреволюционной организации?
Демидов. Да.
Прокурор. Какими путями вы срывали выполнение плана подъема животноводства?
Демидов. Постановлением президиума райисполкома была установлена нагрузка на каждую конематку коневодческой фермы обработать 5 га земли. Такая нагрузка была установлена специально для того, чтобы вызвать аборти-рование. Наши усилия были направлены также на срыв плана кормодобывания.
Прокурор. Какими путями вы срывали работы по подъему урожайности?
Демидов. Систематически нарушали агротехнику обработки земли, ничего не делали для того, чтобы обеспечить выполнение плана обработки полей, всячески сопротивлялись переходу колхозов на правильные севообороты, срывали планы раскорчевки земли.
Представитель защиты. Расскажите, обвиняемый, суду, какую цель вы преследовали проводя контрреволюционную работу, что вы добивались в конечном счете?
Демидов. Наши действия были направлены к тому, чтобы реставрировать капитализм в стране.
Демидов — заклятый враг народа, законченный, махровый контрреволюционер, который знал, что делал и чего добивался. Враги народа замышляли о том, чтобы надеть ярмо буржуазно-помещичьей эксплоатации на рабочих и колхозников нашей страны.
Допрос подсудимого Новгородцева
Его хозяева находятся за кордоном советской страны. Фашистские государства готовятся к новой мировой бойне, к войне против СССР. Они засылают к нам тысячи и тысячи шпионов, диверсантов, чтобы разведать мощь
457

нашей страны, организовать акта вредительства и диверсий в народном хозяйстве, подрывать обороноспособность великой советской державы.
Подсудимый Новгородцев — шпион одного из иностранных государств. Три года назад он жил в пограничном районе. Агент одного из иностранных государств предложил ему быть шпионом. Новгородцев охотно принял это предложение. Изменник родине, шпион Новгородцев пойман с поличным. Он задыхается от звериной ненависти к советскому народу, извивается, как ядовитая змея, чтобы какой угодно ценой увильнуть от ответа, сохранить себя для подрывной шпионской работы. Эта гнусная гадина, представ сейчас перед пролетарским судом, всячески пытается показать себя разоружившимся. Но крокодиловы слезы фашистского бандита вызывают только смех в зале. Кто же ему поверит. На судебном заседании раскрываются омерзительные дела, диверсии шпиона Новгородцева.
Председательствующий. Кто вас завербовал в контрреволюционную организацию?
Новгородцев. Булгаков. Он же предложил мне завербовать на вредительскую работу всех своих подчиненных. Это предложение я принял с охотой, так как оно соответствовало моим желаниям.
Председательствующий. Вы стали агентом, шпионом одного иностранного государства?
Новгородцев. Да, я был шпионом.
Председательствующий. За свою шпионскую работу получали ли вы вознаграждение?
Новгородцев. Получал.
Председательствующий. Проводя вредительства в животноводстве, вы помогали иностранному государству, шпионом которого вы являетесь?
Новгородцев. Да, я имел прямое задание вредить и устраивать диверсии в животноводстве.
Председательствующий. Матросов и Демидов знали о вашей контрреволюционной работе?
Новгородцев. Они об этом не могли не знать.
Прокурор. Какие задания давал вам агент иностранного государства?
Новгородцев. Я должен был снабжать его сведениями и заниматься вредительством.
Прокурор. Вы выполняли это задание фашистской разведки?
Новгородцев. Да.
Прокурор. Имели ли вы задание от фашистской разведки вербовать себе сторонников и вовлекать во вредительство специалистов?
Новгородцев. Да я имел такое задание и выполнял его.
Прокурор. Расскажите суду, как вы заражали скот чесоткой?
Новгородцев. Район получил быков-производителей, зараженных чесоткой. Мы не стали обрабатывать этот скот и разослали по колхозам.
Прокурор. Это вы делали сознательно, чтобы вредить?
Новгородцев. Да.
С нескрываемым злорадством бандит-шпион Новгородцев рассказывает, как он и его компания заражали скот, принадлежащий колхозам и колхозникам, чумой, сибирской язвой и другими болезнями, как вредительски производилась кастрация жеребцов и другие диверсионные акты.
Представитель защиты. Скажите, обвиняемый, что вас заставило стать агентом иностранного государства?
Новгородцев. Я был настроен антисоветски.
458

Допрос подсудимого Воробьева
Шайка злейших врагов народа, проявляя свою звериную злобу против политики партии и Советской власти вербовала свои кадры из подлых фашистских шпионов, как Новгородцев, из кулачья, как Коротаев и Воробьев.
Перед судом бывший ветеринарный фельдшер Воробьев, в прошлом активный белогвардеец, судившийся при Советской власти за ряд преступлений. Сам Воробьев и его братья кулаки были лишены избирательных прав. Враг народа Воробьев нашел себе убежище в отдаленном Северном районе, во главе руководства которого оказались такие бандиты как Демидов и Матросов. Из допроса Воробьева раскрывается жуткая картина массового падежа скота, особенно лошадей, организованного шайкой бандитов.
Председательствующий. Кто вас завербовал в контрреволюционную организацию?
Воробьев. Меня завербовал Новгородцев. Мы с ним имели одинаковые контрреволюционные замыслы. Вступив в организацию, я получил от Новго-родцева указания, как проводить вредительскую подрывную работу. Методы этой работы были самые разнообразные. Против остро-заразных заболеваний скота мы проводили не активную, а пассивную прививку, в результате получался большой падеж скота. С ведома Новгородцева скотомогильники мы не засыпали, не отгораживали, превращали их в очаги заразы. В связи с принятыми нами мерами чума свиней не только не прекращалась, а наоборот усиливалась. Делалось это так: свиноводческие товарные фермы не обезвреживались от занесенной туда заразы, не очищались от зараженной почвы, в которой всегда сохранялись бациллы болезни. Скотные дворы не очищались от зараженного чесоткой навоза, а это усиливало распространение эпизоотии.
Председательствующий. Укажите конкретно, в каких колхозах проводили вредительскую работу по прививке остро заразных заболеваний?
Воробьев. Я лично занимался вредительством в колхозах Б.-Куликовского сельсовета: «Верный путь», «Гигант», «Память Кирова», — всего в пяти колхозах.
Из дальнейших показаний врага народа Воробьева явствует, что пособником вредительства был председатель сельсовета Кравчук, который, зная о подрывной вражеской работе, не предпринимал никаких мер.
Допрос подсудимого Промыслова
Из допроса этого вредителя, ближайшего подручного фашистского шпиона Новгородцева, суд выяснил характерную деталь: шайка бандитов ловко маскировала свою подлую подрывную работу, в организации была введена конспирация.
Председательствующий. Кто вас завербовал в контрреволюционную организацию?
Промыслов. Я завербован Новгородцевым.
Председательствующий. О каких еще членах организации вам было известно?
Промыслов. Состав банды мне известен не был.
Контрреволюционная организация работала конспиративно, придерживалась правила: ты знай меня, а до остальных тебе дела нет. Когда Промыслов обратился с просьбой к Новгородцеву сообщить, кто состоит еще в организации, ему было заявлено:
— Кадры тебе знать не надо. Твое дело скот заражать, вредить.
Гнусный предатель Промыслов, завербованный в контрреволюционную шайку фашистским шпионом Новгородцевым, действовал теми же диверсион-
459

ными методами, что и Воробьев. Не имея никакого права производить проти-возаразные прививки скоту, Промыслов с явно вредительской подрывной целью все же занимался прививкой. В Биазинском сельсовете после «прививок» Промыслова погибли сотни лошадей. Жеребые матки использовались на перевозках наравне с остальными лошадьми. В результате происходили массовые аборты. Жаловаться колхозникам в районе было некому; Новгородцев покрывал Промыслова, а Новгородцевым руководили Демидов и Матросов.
По показаниям Промыслова враг народа Матросов по приезде в сельсовет дал вредительскую установку: «Ваше дело калечить скот, а в руководство не вмешиваться».
Так действовал замкнутый круг вредительства.
Допрос подсудимого Коротаева
Троцкист Демидов, подлый враг народа, подбирал своих сподручных также из числа злейших врагов народа — кулаков, бандитов, диверсантов. Цепным цербером, который сидел в райисполкоме и издевался над посетителями — трудящимися был секретарь президиума райисполкома Коротаев, сын кулака, брат которого был недавно разоблачен как активный шпион одного иностранного государства. Грубейшие окрики и издевательства, глумление над человеческой личностью — стиль работы этого мерзавца. С жалобами и просьбами в райисполком обращаться было бесцельно. Коротаев мариновал их месяцами и гробил.
Председательствующий. Расскажите конкретно о вашей вредительской работе?
Коротаев. В целях борьбы с эпизоотиями президиум райисполкома выносил решения о наложении карантинов. Делалось это больше для отвода глаз. Эти решения я задерживал, таким образом, сводил на нет решения райисполкома, способствуя массовому распространению заразных болезней среди скота.
Председательствующий. Какие вы получали специальные задания по вредительству и от кого?
Коротаев. Как известно, африканский сап свирепствовал и в самом районном центре. Бывший секретарь райкома Матросов дал мне установку на то, чтобы я направлял приезжающих из района колхозников и работников сельсовета в те дворы, где были больные лошади. Так распространялась зараза по району.
Председательствующий. Каких членов контрреволюционной организации вы знали?
Коротаев. Булгаков мне рассказывал, что в организации состоит Новгородцев, Промыслов и еще некоторые. Вскоре после этого со мной разговаривал Демидов, который и завербовал меня в организацию и дал указания, как проводить вредительскую работу.
Прокурор. Скажите обвиняемый, вас кто-нибудь обрабатывал, агитировал, чтобы вы вступили в организацию?
Коротаев. Я был законченным контрреволюционером.
Прокурор. Долго вы занимались вредительством?
Коротаев. Три года.
Допрос подсудимого Матросова
Еще совсем недавно он был грозой для всего района. Перед ним подхалимничали, пресмыкались, заискивали. Сейчас перед пролетарским судом он пытается разыгрывать из себя жалкого горе-руководителя, оказавшегося де сле-
460

пым орудием в чьих-то руках. Но факты, документы неопровержимо доказывают, что Матросов был одним из активнейших вожаков контрреволюционной организации. Пригвожденный к стене изобличающими фактами, троцкистско-бухаринский выродок Матросов раскрывает суду подрывную вредительскую деятельность всей бандитской своры.
Председательствующий. Когда вы вступили в контрреволюционную организацию?
Матросов. Осенью 1934 г.
Председательствующий. Значит, на протяжении всего этого времени вы обманывали районную партийную организацию и крайком партии?
Матросов. Да.
Но фашистский бандит спохватывается и пытается замести следы своей преступной работы.
— Мы конечно, — продолжает он, — не всегда проводили вредительскую политику, иногда и правильно работали.
Председательствующий. Но ведь если бы вы все время вредили, вас скорее бы разоблачили?
Матросов. Да.
Председательствующий. При выдаче Булгакову нового партийного билета знали ли вы, что он является врагом народа?
Матросов. Да, знал.
Председательствующий. Вам известно было, что в состав контрреволюционной группы входил и Новгородцев?
Матросов. Этого я не знал, но мне было известно, что Новгородцев ьре-дит.
Председательствующий. На районном партийном собрании вы выступили с защитой Демидова? Не стремились ли вы этим самым сохранить свои кадры контрреволюционеров ?
Матросов. Да.
Прокурор. Расскажите суду, какой разговор вы имели с врагом народа, бывшим заведующим крайземотдела Фоминым?
Матросов. Фомин давал мне явно вредительскую установку, я проводил ее в жизнь.
Прокурор. Вы писали клеветническую статью против колхозного строя в своей районной газете?
Матросов. Да, писал.
Прокурор. Расскажите суду, как вы распределяли доходы в колхозе им. Тельмана?
Матросов. Мы обязали правление колхоза уменьшить количество начисленных колхозникам трудодней. Было сказано, чтобы сократили у всех колхозников пропорционально количеству выработанных трудодней. В результате получилось так, что у хорошего работника, у стахановца срезали сто и больше трудодней, а у лежебоки, лодыря 10, а то и меньше трудодней. Это вызывало справедливые нарекания передовых колхозников.
Прокурор. Эта мера была направлена на подрыв экономической мощи колхоза, на дезорганизацию стахановского движения?
Матросов. Да.
Прокурор. Давали ли вы указание о прекращении судебного дела на председателя сельсовета Абрамова, обвинявшегося в злостном нарушении советских законов?
Матросов. Да, я говорил, что судить его не следует. Если бы его стали судить, могли разоблачить Демидова и других, к которым тянулись нити преступления
461

Прокурор. Были ли сигналы о контрреволюционной деятельности Булгакова, Демидова и других?
Матросов. Были, но я скрывал их.
Прокурор. Суду известно, что вы из банка возвратили список о наложении ареста на текущий счет 78 колхозов. Это вы сделали, для того, чтобы замести следы контрреволюционной работы, ибо ваши сообщники зашли слишком далеко и могли провалиться?
Матросов. Да.
Председательствующий. Почему в вашем районе очень плохо работают обе машинно-тракторные станции? Кто возглавляет антимеханизаторскую работу в районе?
Матросов. Вредительскую контрреволюционную работу проводил директор Северной МТС Поляков и агроном Чесноков.
Допросы сорвали маску с лютого врага народа, пытавшегося обмануть пролетарский суд, преуменьшить свои злодеяния перед партией, перед страной
Всем ходом действий, неопровержимыми фактами и признаниями самих обвиняемых становится ясно, что перед судом прошел один из махровых организаторов право-троцкистской шпионо-диверсионно-вредительской контрреволюционной банды, орудовавшей в Северном районе.
Допрос подсудимого Синева
Гнусный враг, диверсант и махровых троцкистский бандит Синев был поставлен Матросовым и Демидовым на ответственейший участок советской работы района.
Синеву была вверена подлая вредительская подрывная работа на финансовом фронте. Этот активнейший участник право-троцкистской шайки не останавливался ни перед чем, чтобы дискредитировать политику партии, подорвать мощь в колхозах и усилить частно-капиталистические элементы в деревне. Синев практически осуществлял бандитский грабеж трудящегося населения путем множества незаконных налогов и поборов. Сотни хозяйств колхозников и трудящихся единоличников понесли огромный урон по вине этого бандита. Свыше 115 тыс. руб. только одних штрафов взыскано по селам района. Когда штрафы не помогали, Синев и его сообщники использовали такое средство — продажу хозяйств с молотка. Остатки имущества, включая мелкую домашнюю утварь, свозились в районный финансовый отдел. Синев действовал как царский жандарм держиморда. Чтобы собрать деньги по подписке на заем, он устраивал в поселке Рязановском «ночные тревоги». Напуганные колхозники и единоличники бежали ночью в сельсовет, а здесь с них вымогали деньги.
Синеву создавали славу самого передового человека в районе. С санкции Матросова про него была напечатана в районной газете статья под заголовком: «Не работает, а горит на работе». Матросов и Демидов усердно поддерживали бандита Синева и неоднократно ходатайствовали перед краевыми организациями, чтобы сохранить своего сообщника на посту заведующего рай-финотделом.
Председательствующий. Скажите, обвиняемый, чем объясняется особое внимание к вам со стороны бывшего районного руководства?
Синев. Я покрывал контрреволюционные действия Демидова и Матросова, был их сообщником, а за это они поддерживали меня.
Председательствующий. В чем выражалась ваша вредительская работа в области финансового строительства.
462

Синев. Мы распродавали хозяйства колхозников и трудящихся единоличников, льготировали кулаков, облагали трудящееся население, чтобы вызвать недовольство Советской властью. Часто колхозники платили налог несравнимо больше, чем единоличники. Этим самым мы срывали коллективизацию сельского хозяйства.
Председательствующий. Кто завербовал вас в контрреволюционную организацию?
Синев. Демидов.
Из перекрестного допроса Демидова и Синева суд устанавливает, что бандит Синев не потребовал от руководителей контрреволюционной организации никакой «обработки». Он был одним из ярых проводников вредительской практики в финансах. Матросов и Демидов зачислили его в состав своей банды. Он был законченным контрреволюционером
А. Петров. Советская Сибирь. 1937. № 217. 20 сентября.
№ 332

Комментариев нет: